Общество10 апреля 2021 14:30

Посидят на диване: почему попавшимся на коррупции в Воронеже назначают домашний арест

С начала года в регионе уже нескольких чиновников и политиков суды отправили по домам
Электронный браслет системы ГЛОНАСС, который позволяет следить за перемещениями заключенных

Электронный браслет системы ГЛОНАСС, который позволяет следить за перемещениями заключенных

Было бы сложно не заметить, что за последние четыре месяца в Воронежской области произошла целая череда громких арестов. Под пристальным вниманием региональных управлений ФСБ, СК и полиции оказались чиновники, депутаты и даже очередной врио ректора. Кого-то силовики задержали «с поличным», а чья-то ТОПовая фигура «всплыла» после допросов по другим уголовным делам. Одним предъявили обвинение в крупных мошенничествах, другим - во взяточничестве или присвоении. Что примечательно, после задержания практически всех фигурантов отправили под домашний арест.

КТО ЖЕ СЕЙЧАС НАХОДИТСЯ В ДОМАШНЕМ ЗАТОЧЕНИИ?

Депутат городской Думы Сергей Кудрявцев

Первой ласточкой в череде громких задержаний стал депутат городской Думы Воронежа Сергей Кудрявцев. Парламентария прямо перед новогодними праздниками поместили сначала в СИЗО по подозрению в мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) с участком на Левом берегу, на котором расположен ДК имени Кирова. По версии следствия, он обманным путем решил приобрести права собственности на него без проведения торгов за 2,5% от кадастровой стоимости и предоставил документы в ДИЗО. О том, что на земле находятся объекты собственности Российской Федерации, - умолчал. По оценке Росимущества, своими действиями депутат мог причинить ущерб бюджету более 31 млн рублей. В изоляторе Кудрявцев провел один месяц - в конце января его отпустили под домашний арест.

Вице-мэр Воронежа Юрий Бавыкин и замруководителя управы Коминтерновского района Светлана Васькова

Фото – Ленинский райсуд

Раскручивая тему с Сергеем Кудрявцевым, силовики вышли на бывшего вице-мэра по градостроительству Юрия Бавыкина. После показаний депутата он попал под подозрение в махинациях с выборами (ч. 3 ст. 159 УК РФ) вместе со своей экс-подчиненной - замруководителя управы Коминтерновского района по социально-экономическому развитию Светланой Васьковой.

Кудрявцев в этом уголовном деле оказался пострадавшей стороной. Юрий Бавыкин, находясь на посту главы управы Коминтерновского района, якобы пообещал баллотировавшемуся на осенних выборах депутату обеспечить не менее 50% голосов избирателей за 400 тысяч рублей. Посредником в передаче денег, по версии правоохранителей, выступила Васькова. Оба чиновника вину свою в суде признали и были отправлены под домашний арест.

Первый зампред воронежской Гордумы Александр Провоторов

Фото – Ленинский райсуд

Парламентария заподозрили в обмане бизнесмена, баллотировавшегося в депутаты, на миллион рублей. Он также стал фигурантом уголовного дела о крупном мошенничестве на выборах 2020 года (ч. 3 ст. 159 УК РФ) с использованием служебного положения.

По версии следствия, Александр Провоторов мог за деньги оказывать помощь одному из кандидатов в народные избранники. Речь идет о депутате нескольких созывов, владельце ТЦ «Ярмарка» Александре Жукове. Он баллотировался по одномандатному избирательному округу № 16. В суде Провоторов вину свою признал и также был отправлен под домашний арест.

Врио ректора агроуниверситета Алексей Попов

Фото – Ленинский райсуд

В марте снова разгорелся коррупционный скандал, но уже в аграрном университете. Врио ректора Алексея Попова силовики задержали на рабочем месте по подозрению в покушении на присвоение премий пятерых сотрудников в крупном размере с использованием служебного положения (ч. 3 ст. 30 и ч. 3 ст. 160 УК РФ).

По версии следствия, в марте 2021 года по его приказу сотрудникам университета были выплачены завышенные премии. После этого, как полагают силовики, Алексей Попов заставил подчиненных часть денег ему вернуть. В итоге сумма составила 880 тысяч рублей.

Экс-ректор технического университета Сергей Колодяжный

Он пробыл в СИЗО почти год, прежде чем его защита смогла добиться домашнего ареста. Меру пресечения изменили в конце февраля.

Уголовное дело в отношении Колодяжного возбудили в марте 2020 года по ч. 6 ст. 290 УК РФ (получение взятки в особо крупном размере). В октябре стало известно, что его также обвиняют в крупном мошенничестве.

В поле зрения силовиков Сергей Колодяжный попал после того, как на него заявила одна из бывших проректоров опорного университета - Ксения Чугунова. Она сообщила, что с 2015 по 2020 год передала ему за покровительство в общей сложности 2 млн рублей. Тогда правоохранители и возбудили дело о крупной взятке.

Что же касается вменяемого ему мошенничества (ч. 4 статьи 159 УК РФ), то возможная афера связана с похищением премий на 70 миллионов рублей. Деньги должны были быть выплачены сотрудникам университета, но, как подозревают следователи, могли осесть в карманах Колодяжного и других руководителей вуза.

Бывший вице-мэр и глава воронежского АИР Алексей Антиликаторов

Под домашним арестом бывший руководитель теперь уже тоже бывшего Агентства по инновациям и развитию находится с марта 2020 года. Самый молодой вице-мэр в истории Воронежа (на этой должности ему не было и 30) обвиняется в получении крупной взятки (ч. 6 ст. 290 УК РФ).

Правоохранители подозревают, что ярый борец с незаконными киосками взял 1,5 млн рублей в апреле 2018 года при посредничестве другого и тоже уже бывшего вице-мэра Сергея Курило. Предположительно, средства им передал директор воронежской фирмы ООО «Фрегат», чтобы чиновник помог ему с выделением земельных участков под организацию ярмарки в районе Юго-Западного рынка.

ТЮРЬМА ПОДОЖДЕТ

Согласно общероссийской статистике, за последние пять лет суды стали чаще назначать домашний арест фигурантам уголовных дел. Это одна из семи существующих на сегодняшний момент мер пресечения, альтернативных СИЗО (наряду с ограничением определенных действий, подпиской о невыезде и др.). Ее, как правило, избирают в отношении подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений небольшой либо средней тяжести. Цель такой меры пресечения - чтобы человек не мешал следствию по уголовному делу, не скрылся, не попытался уничтожить улики или оказать давление на свидетелей. Какие конкретно будут ограничения, решит суд: можно ли, к примеру, человеку на пару часов в день выйти на прогулку или он не должен по такому поводу покидать жилище.

Адвокат Сергей Коноплев считает, что домашний арест не такая уж «мягкий» вариант:

- Я стремлюсь, чтобы мера пресечения учитывала интересы как следствия, так и защиты. Но всегда предлагаю заключению в СИЗО альтернативу в виде подписки о невыезде или домашнего ареста. Они также предусматривают значительные ограничения для лица, привлекаемого к уголовной ответственности. С другой стороны, в этом случае хотя бы частично человек может осуществлять свои гражданские права и обязанности: например, работать (удаленно), получать медпомощь, общаться с близкими, пользоваться литературой. Домашний арест, к примеру, позволяет полноценно себя защищать: в СИЗО нет ни кодексов, ни компьютера, нет возможности напечатать документ в защиту своих прав. Если мы сравним домашний арест и заключение под стражу в плане ограничений, то они идентичны. Суждение, что подозреваемый или обвиняемый, оказавшись под домашним арестом, будет, например, слать письма другим участникам процесса с воззваниями изменить показания, ложное. Из СИЗО тоже можно передать письмо - с адвокатом или сокамерником, который освобождается.

КАК РАБОТАЕТ СИСТЕМА СЛЕЖЕНИЯ

Сотрудник УФСИН видит следование осужденного, у которого надет электронный браслет

Фото: из архива "КП"

То, что человек под домашним арестом отдыхает, как на даче, - миф. Он 24 часа находится под пристальным вниманием системы слежения, которая тут же оповещает сотрудников УФСИН, что арестант удалился на расстояние, которое превышает разрешенное по суду. И тогда придется отправиться из дома в СИЗО.

Во-первых, подозреваемому или обвиняемому вешают специальный электронный браслет. Внешне он похож на ручные часы, но снять его невозможно. Внутри браслета проходят контакты. Если их повредить - сигнал сразу уходит на пульт.

Кроме того, в квартире арестанта устанавливается СКУ - стационарное контрольное устройство. Оно похоже на домашний телефон - с трубкой на проводе и несколькими кнопками. С помощью этого устройства можно вызвать полицию, пожарных или связаться с дежурным сотрудником управления исполнения наказаний. На СКУ могут позвонить в любой момент, чтобы удостовериться, дома ли человек. Если арестант удалился от устройства больше, чем на 20 метров (расстояние может варьироваться по решению суда), на пульт поступает сигнал. Оператор на другом конце провода может видеть на экране, где находится браслет. При любом повреждении, разрыве тоже поступает сигнал.

«ПЕРЕНАСЕЛЕННОСТЬ» В СИЗО

Бытует мнение, что домашний арест назначают тогда, когда изоляторы уже забиты под завязку. Как отметили в прокуратуре Воронежской области, в первую очередь, да, это дает возможность для снижения численности подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в следственных изоляторах. Учреждения эти не резиновые, и проблема перенаселенности там есть.

16 марта в Воронеже на базе исправительной колонии № 2 открыли транзитно-пересыльный пункт, вмещающий в себя до 100 осужденных. Там будут размещать заключенных, следующих «по этапу» в другие регионы. Это позволило на сегодня разгрузить СИЗО.

- Сейчас у нас в области три следственных изолятора. Они рассчитаны на 1929 человек. Сказать точное число, сколько в среднем в СИЗО находится человек, например, в месяц, сложно. Эта цифра «плавает», можно говорить только о статистике на конкретную дату. Например, на 1 апреля у нас перелимита нет. Во многом - благодаря открытому пересыльному пункту. Но это не значит, что завтра его не будет, - рассказал старший помощник прокурора Воронежской области по надзору за законностью Николай Любуцин.

«БЕЛОВОРОТНИЧКОВЫЕ» ПРИЗНАЮТ ВИНУ

В Воронежской области домашний арест редко применяется судами в так называемых «беловоротничковых» уголовных делах, когда фигурантами становятся чиновники, люди науки, политики, предприниматели. И вдруг последние несколько громких возбуждений - и следователи ходатайствуют о домашнем заточении. При этом практически во всех случаях фигуранты признают свою вину уже на начальном этапе расследования. У стороны защиты свое объяснение на этот счет.

- На мой взгляд, домашний арест - это гуманная, современная мера пресечения, которая гарантирует сохранение интересов как со стороны защиты, так и со стороны обвинения, - поделился мнением Сергей Коноплев. - К сожалению, зачастую мера пресечения становится не мерой процессуального принуждения, а мерой воздействия на обвиняемого или подозреваемого, в том числе и для дачи признательных показаний. У нас она носит не превентивный характер, а репрессивный. Человека таким образом могут заранее наказать, в том числе и за его позицию по уголовному делу. У нас в регионе домашний арест редко применяется. И как правило, в отношении тех лиц, у которых согласовательная позиция со следствием - полное или частичное признание вины и активное сотрудничество. То есть тут домашний арест выступает некой наградой, хотя уголовно-процессуальный закон не закладывает такой мысли.

Еще один адвокат Светлана Чепилевич подытоживает:

- Человеку с определенным статусом попасть в СИЗО - очень тяжело морально. Когда ты идешь по статье «Мошенничество», а с тобой в одной камере соседствуют бандиты, люди, неоднократно отбывавшие наказание за убийства и прочее, таких подзащитных становится жаль чисто по-человечески. Под стражу, на мой взгляд, заключать надо тех, кто представляет угрозу обществу.