Премия Рунета-2020
Воронеж
+23°
Boom metrics
Общество22 июня 2024 5:00

Вой сирен, светомаскировка и очереди за продуктами: какими запомнили начало войны воронежцы

Ко Дню памяти и скорби «Комсомолка» собрала воспоминания горожан о трагических событиях 1941-1942 года
Школьный лагерь в Дубовке, фото 21 июня 1941 года из семейного архива Владимира Размустова

Школьный лагерь в Дубовке, фото 21 июня 1941 года из семейного архива Владимира Размустова

Фото: Предоставлено.

В июне 1941 года Воронеж жил мирной жизнью. Для школьников наступили долгожданные каникулы. Многие ребята разъехались по загородным лагерям. Среди них была и 12-летняя Зинаида Размустова. Школьница приехала в пионерлагерь в Дубовке за неделю до рокового 22 июня. На воскресенье, открытие смены 22 числа, был назначен родительский день. Ребята готовились к встрече с родными, но она оказалась совсем не радостной.

– Мы в приподнятом настроении ждали родителей и они приехали. Но не на праздник, а забирать нас по домам, потому что в страну пришла война. Вернулась я уже совсем в другой город, - вспоминала Зинаида Размустова,преподаватель, труженица тыла.

Военный Воронеж в ее воспоминаниях – это вой сирен при налетах вражеских самолетов, черная светомаскировка на окнах, кромешная ночная тьма на улицах, очереди за продуктами, оборудование госпиталей и строительство бомбоубежищ.

Детство закончилось в одночасье, Зинаиде пришлось отправиться на завод, выпускающий снаряды для фронта. За работу в тылу она награждена медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», имеет звание «ветеран труда».

Надпись 1942 года на здании на улице Цюрупы

Надпись 1942 года на здании на улице Цюрупы

Фото: Елена ФЕДЯШЕВА. Перейти в Фотобанк КП

ГОРОД УДИВИТЕЛЬНОЙ КРАСОТЫ

Координатор проекта «Синий Платочек» в Воронеже и Воронежской области, дитя войны Фаина Блинчевская, будучи 12-летней девочкой, с семьей переехала в наш город в начале войны из Брянска. Отец Фаины, инженер кожевенной фабрики «Прогресс», был уверен, что в Воронеж фашисты не дойдут.

В памяти школьницы Фаины Воронеж сохранился как город удивительной красоты, с парками, фонтанами, прекрасной архитектурой и даже детским трамваем, где для ребят давали представления. Но больше всего девочке понравился сад Пионеров, занимавший большую территорию между нынешним проспектом Революции (в районе магазина «Рубин») и улицей Театральной. Настоящий рай для детей с кинотеатром, эстрадой, оркестром, танцплощадкой, бесплатными аттракционами, турниками для занятий спортом. Зимой здесь заливали каток. В саду собирались дети со всего города. Семья Фаины Блинчевской поселилась совсем недалеко – на улице Авиационной, 20 – в районе нынешней площади Детей. Девочка очень любила проводить время в саду. Но в роковой день, 13 июня 1942 года, когда немецкий самолет сбросил бомбу на Сад, мама Фаины, словно почувствовав беду, не пустила дочку гулять. Тогда погибли десятки детей, а уцелевшие до конца дней помнили ужас от пережитого.

Когда линия фронта подошла к городу, семья Фаины эвакуировалась. Вернулись они лишь в 1944 году, но от прежнего Воронежа остались только воспоминания и руины. Девочка пошла учиться в женскую школу на улице Луначарского. После выпуска поступила в мединститут. Студенты-медики активно участвовали в восстановлении города.В свободное от учебы время они разбирали завалы, месили раствор, восстанавливали здания…

Фронтовой дневник, из семейного архива Тимофея Петровв

Фронтовой дневник, из семейного архива Тимофея Петровв

Фото: Елена ФЕДЯШЕВА. Перейти в Фотобанк КП

ГРОЗОВОЙ ДЕНЬ

Девятиклассником встретил в Воронеже войну будущий всемирно известный автор повестей «Завтра была война», «А зори здесь тихие» Борис Васильев. Свои воспоминания о 22 июня 1941 года позже он описал так:

«Тот воскресный день выдался в Воронеже на редкость жарким. Где-то на краю горизонта темнели облака, но в городе было душно. И мы со школьными друзьями решили идти купаться. Но пока собирались, облака стали тучами, а когда поравнялись с нашей бывшей (семилетней) школой, хлынул дождь. Мы спрятались на крыльце под навесом, а гроза грохотала во всю мощь, и, помнится, мы этому буйно радовались. Но вдруг открылась дверь школы, и наш бывший директор Николай Григорьевич выглянул из нее. Лицо его было серым, это я помню точно.

— Война, мальчики… — сказал он.

А мы заорали «Ура!»…

Из четырех мальчишек, глупо оравших «Ура» на крыльце школы, в живых остался я один».

«ВО ВРЕМЯ ЭВАКУАЦИИ ПОТЕРЯЛИ БАБУШКУ»

Воронежец Тимофей Петров поделился с "Комсомолкой" историей своей семьи, которой пришлось в годы оккупации покинуть город. Они жили в доме на пересечении улиц Освобождения труда (Введенской) и Сакко и Ванцетти.

Оккупировав Воронеж летом 1942 года, фашисты приказали местным жителям уходить за Дон. Сотни человеческих судеб потекли скорбным потоком к Чернавскому мосту через реку. Родные рассказывали Тимофею, что во время эвакуации семья потеряла бабушку. По словам отца, колонна мирных жителей попала под обстрел на углу улиц Помяловского и Театральной.

- Первоначально отец говорил мне, что бабушка погибла на месте, но позже, на открытии памятника в Песчаном Логу, он как-то обронил фразу: «Может, там в списках погибших есть и мама». Я тогда ничего не понял, и сестра пояснила, что бабушка умерла не сразу. Она получила ранение в голову и живот, не могла идти дальше и просила оставить ее. Попрощалась и отдала на память одной из тетушек свой шарф. Но, когда родные вечером пробрались к месту обстрела с лопатой, чтоб похоронить бабушку, ее тела не нашли.

К счастью дом родных Тимофея Петрова пережил войну. Цел он и сегодня. Оккупанты приспособили помещение с толстыми стенами и огромным подвалом под оружейный склад. Вернувшись в дом после освобождения города, хозяева нашли на чердаке ящики от немецких авиабомб.