Звезды21 июня 2021 10:53

«Думала, потеряю сознание - начались галлюцинации»: как девушка-режиссер копала котлован в Воронеже

Полина Кардымон рассказала «КП-Воронеж» о том, каково ей было рыть землю в платье невесты в рамках Платоновского фестиваля
Фото: Андрей Парфенов.

Фото: Андрей Парфенов.

20 июня в Воронеже завершилась российская программа Платоновского фестиваля искусств. Одним из самых ярких его событий стал перформанс режиссера Полины Кардымон. Пока местные любители театра рукоплескали артистам и наслаждались постановками, хрупкая девушка копала яму под железнодорожным мостом. Мало того, Полина выбрала себе крайне необычный образ: она предстала перед публикой в платье невесты.

Еще до начала перформанса девушка отметила, что в отличие от героев «Котлована» она заранее знала, чем все кончится. Это должно было помочь не питать иллюзий по поводу будущего. Однако даже тут жизнь внесла свои коррективы, и Полине пришлось закончить свой перформанс раньше запланированного.

Мы пообщались с ней о том, как прошла подготовка, откуда «свадебное» платье и как сложился нашумевший перформанс.

Фото: Андрей Парфенов.

Фото: Андрей Парфенов.

НИКАКИХ РЕПЕТИЦИЙ

- Как долго вы готовились?

- У перформанса всегда очень тщательная техническая подготовка. Никаких репетиций нет, поэтому вы с командой пытаетесь спрогнозировать все. Мы писали большие таблицы, в которых прописывали, что нужно, если пойдет дождь. Какая коммутация. Писали инструкцию для зрителей. Планировали, в какой момент я должна отдыхать или есть. Одним словом, подготовительный этап был очень плотный. Я отбирала монологи из аудиокниги. Мы ездили в студию звукозаписи, записывали отрывки, которые будут звучать моим голосом. Подбирали платье. Я провела огромный рисерч, как правильно копать, чтобы не сорвать спину. Какие упражнения нужно делать. За месяц до начала делала упражнения на укрепление поясницы и спины.

ПЛАТЬЕ - С СОБСТВЕННОГО ВЫПУСКНОГО

- А где взяли свадебное платье?

- Мне немного жаль, что на платье все дали такой акцент, потому что дело тут не в платье, а в самом жесте. В бессмысленном энергозатратном акте. Но если вам правда интересно, то это мое платье с выпускного. Мне его не жаль: оно послужило для чего-то большего здесь, чем-то, для чего оно покупалось.

Фото: Андрей Парфенов.

Фото: Андрей Парфенов.

- Почему выбрали такое необычное место - дамба железнодорожного моста?

- Дамба показалась очень точным местом. Там и вода, и холмы вдалеке, низкое небо. И конечно же, проезжающие поезда - грохочущие, спокойные. Я копала только на зеленом пятаке, а дальше уже не было травы, только песок. Я знала, что почва там не предназначена для копания. Это было идеально.

- Как повлиял тот факт, что вместо трех дней перформанс продлился один?

- Завершить начатое удалось. Он просто продлился не три дня, а один, что никак не умаляет его значимости и затратности. Единственное, когда я поняла, что буду копать один день, все мои мысли о том, что надо не торопиться, не надрываться, - пропали. Я стала меньше делать перерывов и останавливалась, только когда уже становилось тяжело держаться на ногах. В конце третьего дня должен был приехать бульдозер, но его не было, поэтому задача усложнилась - нужно было все это закопать. Это было еще тяжелее, чем копать. Я думала, потеряю сознание.

Фото: Андрей Парфенов.

Фото: Андрей Парфенов.

В КОММЕНТАХ - РУГАНЬ, В РЕАЛЬНОСТИ - ПОДДЕРЖКА

- Как в целом все прошло?

- Перформанс начался для нас раньше, чем его увидели зрители. О чем я очень сожалею, потому что это было прекрасно. Все переиграли в последний момент, и мне сказали, что копать я буду один день. Ну и все, я пошла копать. Зрители сидят вокруг меня, дует ветер. И вдруг ко мне начали подходить и помогать. В инструкции было написано, что мне можно помогать. Мы копали, доставали бесконечное количество камней. Они очень мешали копать, но кто сказал, что будет легко? Потом в какой-то момент, пока я копала одна, у меня забрали лопаты. То есть кто-то решил, что теперь мне нельзя помогать. Начали приходить люди вторым потоком, и вдруг мужчина сам нашел в кустах спрятанную лопату и копал со мной. Как только он остановился, лопату снова унесли. К прямому эфиру были великие комментарии. Много кто ругался, не понимая, что вообще происходит. Это приводило их в бешенство. Но вот люди, любые люди, которые приходили на саму площадку, никто не задал вопрос: «Зачем?» или «В чем суть?», или «И это искусство?». Многие помогали, приносили чай, обращались ко мне по имени, как родственники. Дарили цветы, обнимали после окончания. В день перформанса в реальном времени в меня не прилетело ни одной шутки, никаких гадостей никто не говорил. Была только поддержка и помощь.

«ЭТОТ ОПЫТ СО МНОЙ НАВСЕГДА»

- Какие у вас остались впечатления после такого эксперимента?

- Перформативный опыт не дает однозначной эмоциональной окраски. Событие настолько сложносочиненное, что сказать: «Вау, было так здорово, мне все понравилось!»- это тотальная какая-то ложь. Я устала. Я находилась в восьмичасовом медитативном состоянии. Бесконечно дул ветер. Я все это время слушала сложные для меня тексты Платонова. В конце перформанса, когда мы все закопали, я легла на землю, и у меня начались галлюцинации. Я смотрела на небо и не могла подняться, потому что тело умоляло остаться на земле. Этот опыт теперь со мной навсегда.

Фото: Андрей Парфенов.

Фото: Андрей Парфенов.

СПРАВКА «КП»:

Полина Кардымон — театральный режиссер, художница, куратор, участница группы МЫК, резидент пространства-лаборатории «Мастерская Крикливого и Панькова», соавтор проектов ПЕРФОДНИ и книжного клуба ZVUK BUKV. Кроме того, она автор аудиоперформанса «Коромысли», включенного в программы нескольких фестивалей. Девушка является режиссером спектакля «Грибы» в Новосибирском «Первом театре», который вошел в специальную программу «Маска Плюс» на фестивале «Золотая Маска» как одна из самых актуальных работ российского театрального сезона 2019/20.