Отец убитого «орловскими партизанами» парня: «Требую пожизненного заключения для отморозков!»
Усиленные меры предосторожности: конвой, наручники и полная готовность в случае чего … - в такой напряженной обстановке начался судебный процесс так называемых «орловских партизан». Еще бы, сидящих на скамье подсудимых парней обвиняют в самых тяжких преступлениях – убийстве, терроризме, экстремизме, бандитизме. В этом громком деле предстоит разобраться 3-му Московскому окружному суду, который ведет выездной процесс.
Судейская путаница неспроста. На скамье подсудимых среди прочих - один действующий офицер - майор академии ФСО Виктор Луконин, которого следствие считает главарем террористов, и еще двое бывших военнослужащих – старлеи и выпускники все той же академии связи. Остальные девять обвиняемых, на первый взгляд, тоже не худшие представители нашего общества. У большинства есть высшее образование и вполне благополучные семьи.
Захар Нгоян: "Партизан" надо наказать пожизненно"
Что толкнуло этих людей на преступления, вот, пожалуй, один из главных вопросов, на который предстоит ответить суду. А пока до официальной разгадки далеко (по прогнозам экспертов слушания могут затянуться), попробуем сами разобраться, почему вполне благополучные орловчане стали взрывать здания силовых ведомств и кафе.
Заигрались?
Крепкие ребята вполне уверенно чувствуют себя за специальной застекленной камерой для подсудимых. В ожидании судей они не унывают: улыбаются и даже смеются, жестами переговариваются с пришедшими на процесс друзьями и родственниками, строят рожицы журналистам, кривляются. Всем своим видом они демонстрируют, что им плевать на общепринятые нормы поведения. Да что там говорить, "партизан", похоже, ничуть не смущают даже убитые горем родственники жертв.
«Партизаны» на процессе ведут себя, как будто суд их вовсе не касается.
Из общей массы явно выбивается 33-летний майор – Луконину не до смеха. Он и в суде ведет себя как лидер - то и дело строго переговаривается с остальными, и, судя по всему, что- то советует своим «младшим братьям». Они в ответ благодарно закрывают его своими спинами от объективов фотокамер и взглядов остальных участников процесса.
До задержания у Виктора Луконина был более устрашающий имидж.
Разглядеть главаря удалось, лишь, когда он официально представился суду и по регламенту встал со своего места. Признаться, удивил! Узнали Луконина не все и не сразу. Он кардинально сменил образ. Бритая голова, серьга в ухе и вызывающие татуировки – все это осталось в прошлом. На смену пришла классическая мужская стрижка, длинные бакенбарды и уютный, растянутый свитер.
А пока давайте перенесемся из зала суда, где еще долго будут зачитывать обвинение, уместившееся на более чем двух тысячах листах печатного текста, в то время когда провинциальный Орел накрыло волной страшных, а порой и нелепых преступлений, в которых сейчас обвиняют банду «орловских партизан»...
- По версии следствия, экстремистская группировка действовала в Орле с декабря 2009 года. Возглавил ее майор ФСО 33-летний Виктор Луконин. Под его руководством 11 более молодых ребят подожгли семь помещений опорных пунктов милиции, два здания прокуратуры, православную часовню, магазин интимных товаров, убили уроженца Армении, взорвали кавказскую шашлычную, - перечисляет Юлия Дорофеева, старший помощник руководителя СУ СК РФ по Орловской области. Списку нет конца...
Всего «партизан» подозревают в совершении 40 преступлений. А началось все со странной дружбы физрука, майора Луконина, с двумя курсантами академии связи Ильей Багровыми и Дмитрием Коляновым. «Зеленым» еще ребятам майор внушал, казалось бы, вполне безобидные истины - не пей, не кури. В пример он ставил выносливых бойцов кавказской национальности и советовал перенять их лучшие качества. Но однажды начались истории совсем другого толка.
«Лекции» о чистоте расы и необходимости «мочить» силовиков майор читал наивному молодняку в гараже в Советском районе Орла. Со временем слушателей становилось все больше, причем некоторым из них не было еще и 18-ти. Как рассказывают следователи, все они в той или иной мере изначально симпатизировали националистам: читали соответствующую литературу, посещали экстремистские сайты.
Возможно, дело так и не пошло бы дальше разговоров, если бы не убийство, которое произошло в сентябре 2009 года в самом центре Орла. Гибель русского студента от руки кавказца буквально взбесила «партизан» и тогда они решили - пора действовать. Причем ненавистью они воспылали не только к тем, кто, по их мнению, «понаехал», но и к правоохранительным органам, якобы ничего не предпринимающим, чтобы решить проблему. С этого и началась трагическая летопись…
Город накрыла череда поджогов. С ноября 2009 года, с интервалами в несколько недель горели опорные пункты милиции, отделения прокуратуры, кавказские кафе и даже секс-шоп. До поры до времени десятки поджогов обходись без жертв. Диверсантов поймать не удавалось: у милиции не было ни улик, ни свидетелей. Ребята во главе с Виктором Лукониным знали свое дело. И, видимо, безнаказанность разбудила в каждом из них настоящего зверя, жаждущего крови.
В апреле 2010 года на окраине Орла был жестоко убит 20-летний Самвел Нгоян и покалечен его 18-летний брат Максим. В этом преступлении сейчас обвиняют на тот момент действующих курсантов академии связи.
- По версии следствия, курсанты Багров и Колянов несколько дней выслеживали братьев. Дождавшись, когда они окажутся в безлюдном месте, напали. Самвел погиб от огнестрельного ранения в голову, потом его, уже мертвого, били ножом, Максим был покалечен выстрелом в лицо, но выжил, - рассказали в СУ СК РФ по Орловской области.
После жестокого убийства курсанты как ни в чем не бывало продолжили учебу в секретном вузе и даже успели получить диплом.
Этих дипломированных специалистов и и остальной "партизанский отряд" удалось поймать только после еще одного преступления – взрыва в кафе «Индира».
- В день города, 5 августа, через несколько минут после праздничного салюта прогремел взрыв - четверо человек ранены, - сообщали тогда в правоохранительных органах.
На след экстремистов, по большому счету, вывела случайность. Вкорпусе рванувшей бомбы обнаружили крошечный кусочек sim-карты телефона одного из «партизан» (кафе взрывали с помощью дистанционного управления). Спустя три дня начались громкие задержания. В арендуемом майором Лукониным гараже следователи тогда нашли боеприпасы, уже готовые для новых диверсий, бутылки с горючей смесью и целую кучу экстремистской литературы.
И тогда весь город узнал об «орловских партизанах». Банде, которая мечтала о лаврах своих «приморских коллег», и мечтала лишь об одном - чтобы люди боялись их как огня.
Нескольким членам банды, в том числе и их лидеру майору Луконину, грозит пожизненное заключение... Вот только друзья "партизан" отказываются верить в их вину. «Комсомолка» пытается разобраться и следит за развитием событий.
ИЗ ПЕРВЫХ УСТ
Захар Нгоян, отец Самвела и Максима:
- Эти «партизаны» убили моего старшего сына и покалечили среднего. Мои дети - мирные люди и пострадали невинно. Я требую, чтобы виновных строжайше наказали, и настаиваю на пожизненном заключении!
Самир Мамедов, был ранен при взрыве в кафе «Индира»:
- В тот вечер я отдыхал в кафе со своей женой и трехлетней дочуркой. К счастью, от взрыва они не почти пострадали. Все ранения пришлись на меня. После трагедии я несколько месяцев пролежал в больнице, перенес несколько операция. В голове не укладывается жестокость того, что произошло. До сих пор передо мной извинились только родители Виктора Луконина. Простить такое, конечно, не просто, но время лечит.
Олег Решетников, студент:
- За решеткой оказались мои друзья. Я уверен, они ничего плохого не сделали – добрейшие люди учились, работали, никакие они не нацисты!
Татьяна Луконина, мать лидера «орловских партизан»:
- Витюша - самый мирный человек из всех, что я знала. Он, когда буддизм принял, даже мух мне убивать запретил. Я до сих пор не могу поверить, что он имеет отношение к этим страшным преступлениям. У него в жизни все было прекрасно, накануне случившегося должен был получить квартиру в Орле. С женой хоть и не сложилось, но рос сын. Думаю, для них это было что-то вроде игры, и они не хотели жертв, просто мечтали что-то изменить в нашем обществе.