Дело «Сережки», насильник в камуфляже и диверсант-полицейский: в каких историях разбираются воронежские криминалисты

На вопросы "КП-Воронеж" отвечает подполковник юстиции Евгений Агапов

Фото: Ирина ШАБАНОВА. Перейти в Фотобанк КП

Представьте, что каждая вещь на месте преступления может рассказать свою историю. Брошенный окурок, остатки краски на бампере, частички почвы на ботинках, запись с камеры видеонаблюдения... Одна почти невидимая глазу капля крови на одежде может стать главной уликой, а случайный отпечаток — раскрыть дело многолетней давности. Переводчики с языка улик - криминалисты. И хотя они не преследуют злодеев с оружием в руках, именно их работа зачастую становится решающей в установлении истины. Ко Дню криминалистики мы задали вопросы эксперту - следователю-криминалисту отдела криминалистики следственного управления СК РФ по Воронежской области подполковнику юстиции Евгению Агапову.

Он рассказал о тонкостях работы, современных методах раскрытия тяжких преступлений и борьбе со злоумышленниками в интернете и сборе доказательств по вражеским БПЛА.

Знаменитый чемоданчик криминалиста

Фото: Ирина ШАБАНОВА. Перейти в Фотобанк КП

ЗНАЧЕНИЕ ПРИДАЕТСЯ ЛЮБОЙ МЕЛОЧИ

- Евгений Олегович, давайте начнем с основного этапа любого расследования - осмотра места происшествия. Сколько времени он обычно занимает?

- Осмотр места происшествия, как правило, занимает довольно большой промежуток времени, потому что это одно из основных и важных следственных действий. Нам необходимо очень тщательно осмотреть место преступления и уделить особое внимание, чтобы ничего не упустить. Минимум — не меньше трех часов, а так может доходить и до 12 часов, если преступление нераскрытое.

Необходимо провести анализ, установить все следы, потому что на базе осмотра впоследствии строится все дальнейшее расследование. Мы определяем, как пришел злоумышленник на место преступления, и как он потом он скрылся, изымаем предметы для экспертиз — кровь, отпечатки, орудия преступления, взлома и т. д. Это фундамент для всех последующих следственных действий. Впоследствии по ним назначаются дактилоскопические, генетические, криминалистические и другие экспертизы.

На счету Евгения Агапова - десятки раскрытых дел

Фото: Ирина ШАБАНОВА. Перейти в Фотобанк КП

ПОИСК «СЛЕДОВ ИНТЕРНЕТА»

— Что изменилось в криминалистике за последние два года?

— Касаемо нашего отдела - переехали в новые помещения, созданы более комфортные условия. А по раскрываемости, то она у нас сохраняется на уровне 100% по тяжким и особо тяжким преступлениям - против личности и половой неприкосновенности. В Главном управлении криминалистики СК России сейчас внедряют новые базы данных, которые помогают нам в расследовании преступлений, совершенных в сети интернет. Мы собираем так называемые «следы интернета» — ID, никнеймы, номера телефонов, что позволяет сопоставлять данные о преступлениях и быстрее устанавливать злоумышленников, в том числе на территории всей Российской Федерации.

Преступления в интернете — это бич нашего времени. Не только мошенничества, в расследовании которых мы тоже помогаем сотрудникам полиции, но и в сфере половой неприкосновенности. На уловки попадаются подростки. Взрослые злодеи создают фейковые страницы, выдавая себя за сверстников, чтобы втереться в доверие к несовершеннолетним. В группах начинают общение, находят доверительные темы, которые интересуют детей — популярные игры или вопросы полового созревания, например. Так, слово за слово, устанавливается контакт, начинается активная переписка. А потом выманивают интимные фотографии детей и начинают шантажировать жертв. Для расследования таких дел мы используем мобильный криминалистический комплекс, позволяющий извлекать информацию даже с удаленных данных телефона фигуранта.

- Сейчас столько технических возможностей появилось, кому они больше помогают - вам или преступникам?

- Да, это усложняет работу. Но мы тоже не стоим на месте. Совершенствуемся в данном направлении. Также нам большую помощь оказывают сотрудники полиции. У них даже специальное подразделение создано по борьбе с киберпреступностью. Расследование и раскрытие преступлений – это совместная работа с сотрудниками правоохранительных органов и экспертных учреждений. Все это происходит во взаимодействии.

В деле могут быть десятки экспертиз

Фото: Ирина ШАБАНОВА. Перейти в Фотобанк КП

ТРУП В ПОЛУЗАБРОШЕННОМ ДОМЕ

- В наше время все чаще виновных находят по генетическому следу, а молекулярно-генетические экспертизы сейчас стали одним из самых эффективных инструментов при расследовании убийств, изнасилований и других тяжких преступлений. Можете привести пример раскрытия сложного дела, где решающую роль сыграла работа криминалистов?

- В марте 2025 года в Ленинском районе города Воронежа в полузаброшенном частном доме было обнаружено тело избитого мужчины. Изначально личность погибшего установить не могли — все знали его как «Сережка», но кто он такой, было непонятно. Хозяева дома умерли, а их родственники разрешили там «Сережке» пожить. Соседи говорили: ну видели, ходил… Помогла дактилоскопия — сняли отпечатки пальцев, установили личность. Затем надо было найти преступника. Круг общения отработали — не продвинулись. Никто его в день смерти не видел.

А при осмотре места происшествия мы обнаружили следы застолья — бутылки, стаканчики, упаковки от продуктов. Установили два магазина, где все покупалось. Сложность была в том, что преступник расплачивался наличными, а не картой. Но сотрудница магазина оказалась женщиной бдительной — у нее все «жулики» на счету. Она вспомнила, что этот человек ранее пытался совершить кражу. Его заметили, тогда он позвонил своей знакомой и попросил, чтобы она перевела деньги за украденное. Через нее мы и вышли на подозреваемого.

При обыске у молодого человека нашли одежду со следами вещества, похожего на кровь. Под давлением собранных доказательств он сознался, что на застолье у убитого было четверо человек, в том числе он сам и его мать. И избил он мужчину за то, что якобы тот стал приставать к его родительнице. Сейчас дело по факту причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, рассматривается в суде.

НАСИЛЬНИКОВ НАХОДЯТ И ЧЕРЕЗ ГОДЫ

— Евгений Олегович, а как современные технологии помогают в раскрытии преступлений прошлых лет?

— За этот год мы раскрыли 30 преступлений прошлых лет, из них 18 — тяжкие и особо тяжкие. Например, недавно установили истину в покушении на изнасилование 2022 года. Тогда девушка возвращалась домой в Ленинском районе, и на нее напал мужчина. Он попытался снять одежду, но та оказалась бойкой — смогла отбиться. По камерам выяснили, что преступник был в камуфляжной форме, но вычислить его тогда не удалось.

Помог случай — во время обыска по другому делу следователь обратил внимание на схожесть одного человека с изображением на видеозаписи. Также у него обнаружили камуфляжную одежду. Взяли образцы ДНК — они совпали с генотипом, обнаруженным на нижнем белье потерпевшей. Под тяжестью собранных доказательств фигурант сознался в преступлении.

Еще один пример — преступления против несовершеннолетних, совершенные в 2010 году. Мужчина в подъездах домов нападал на школьниц, снимал свои действия на телефон. Раскрыть дело удалось только в прошлом году, когда его генотип «выстрелил» в базе — он уже привлекался по другому делу.

Фото из личного архива Евгения Агапова

УСТРОИЛ ДИВЕРСИЮ, А У САМОГО РОДСТВЕННИКИ НА СВО

— Сталкиваетесь ли вы с делами о диверсиях и поджогах инфраструктуры?

— Да, такие дела есть. Например, нашумевший случай в Бобровском и Поворинском районах в этом году. Тогда помощник дежурного линейного отдела полиции на своей машине приехал на заправку, купил бензин и устроил поджог пяти электрических трансформаторов. Десятки домов без света остались. Его удалось вычислить по записям видеонаблюдений (на всех этих объектах находятся камеры). Кроме того, в одном месте он еще и поранился до крови. По этому факту расследуется уголовное дело по статье о диверсии. Здесь еще и человеческий фактор — представляете, как на него смотрели его же родственники, соседи, у которых сыновья, отцы, мужья — на СВО?

УКРАИНСКИЕ БПЛА СОБИРАЮТСЯ РУКАМИ ЧЕЛОВЕКА

— Воронежская область часто находится под угрозой налета вражеских БПЛА. Как можно вычислить тех, кто их запускает?

- Что касается работы с обломками беспилотников — следователи и криминалисты регионального следственного управления СКР проводят осмотры мест происшествий, в ходе которых изымают объекты, назначают необходимые судебные экспертизы. Вся информация передается коллегам в ГСУ СК России, возбуждаются дополнительные эпизоды преступной деятельности.

В рамках поручений наши сотрудники устанавливают и допрашивают потерпевших и свидетелей. Доказательственная база накапливается. Все эти БПЛА собираются руками человека, поэтому на них остаются их потожировые следы. Те, кто их запускает — тоже оставляют улики, с помощью которых можно установить генотипы лиц. Элементарно - пот с лица упал. От правосудия сложно будет уйти.

Фото из личного архива Евгения Агапова

С ПРОФЕССИОНАЛЬНЫМ ПРАЗДНИКОМ!

- Евгений Олегович, что хотели бы пожелать коллегам в День криминалиста?

- Прежде всего крепкого здоровья, семейного благополучия и профессиональных успехов на благо Отечества!

Редакция «Комсомольской правды» присоединяется к поздравлениям. Спасибо вам за самоотверженную работу и неравнодушие. Желаем успехов, удачи и понимания близких!