Юрий Башмет в Воронеже: «Моим бытом занимается стюардесса!»

9 июня в воронежском оперном театре в рамках Платоновского фестиваля выступал Юрий Башмет с оркестром «Новая Россия». Концерт маэстро публика ждала с нетерпением – в зале был аншлаг. Когда через полчаса представление не началось, зрители стали нервничать. Слава богу, еще через десяток минут ожидания занавес таки открылся.

Оказалось, переживать публику и самого Юрия Башмета заставила солирующая скрипачка Алена Баева. Выезжая в аэропорт на своем авто, артистка застряла в пробке на МКАД и опоздала на самолет. Вылетев более поздним рейсом, она добралась до нашего театра за 20 минут до начала концерта.

Как бы извиняясь за то, что заставила ждать публику, скрипачка выложилась по полной. Алена играла так ярко и страстно, с таким напором и отдачей, что не выдержал инструмент – артистка порвала струну на своей скрипке Страдивари! И даже этот казус не помешал Баевой закончить выступление. Позаимствовав инструмент у одного из оркестрантов, скрипачка завершила исполнение Шостаковича. От такого профессионализма зрители были в восторге!

Юрий Башмет выступил с оркестром «Новая Россия» в воронежском оперном театре в рамках Платоновского фестиваля.

Фото: Татьяна ПОДЪЯБЛОНСКАЯ.

По достоинству оценили воронежские любители искусства и виртуозную игру Юрия Башмета. Жаль, маэстро исполнил сам лишь один номер концерта. Публика получила наслаждение от «Ромео и Джульетта» в исполнении оркестра «Новая Россия», ведомого дирижерской палочкой Башмета. Оркестр вызывали на бис.

«За границей те, кто дарит артистам цветы, считаются инопланетянами!»

- Юрий Абрамович, вы нервничали, когда концерт пришлось задержать, и как относитесь к подобным форс-мажорам?

- Я всегда рад играть с Аленой, и был уверен, что все обойдется. Сегодня лишнего «нерва» не было, бывает хуже. Вот недавно я рвал и метал во Львове, можно сказать, родном городе - я там учился, у меня папа там до сих пор живет. Организаторы не выполнили массу условий договора, да еще и закрыли мой оркестр в автобусе. В общем, сначала концерт отменили, потом все-таки мы пришли к консенсусу. Потому что в это время в зрительном зале назревала «революция». Часть публики ушла, а многие приехали из соседних городов на электричках и уже не успевали вернуться домой. В итоге я вышел на сцену и объяснил, почему мы не смогли вовремя начать. И предложил: «Хотите, вообще не будем играть, а хотите, будем – и долго?». В ответ послышалось: «Играйте, пожалуйста!» В итоге для оставшейся половины зала концерт состоялся, хотя тогда я очень нервничал.

- Вас не раздражало, что сегодня зрители аплодировали после каждой части сюиты, хотя это не принято?

- Нет - вчера в каком-то городе было хуже. Оркестр на секунду умолк, чтобы вступил солист, и тут вдруг раздаются бурные аплодисменты. Неожиданно было! Но в любом случае, наша публика отличается от западной в лучшую сторону. Один пример приведу: как-то девочка вышла с мамой на сцену и подарила мне вышивку. Оказалось, она еще за месяц до концерта попросила маму научить ее вышивать, чтобы подарить мне свою работу! Девочка месяц ходила в кружок, готовилась, чтобы сделать мне приятное. За границей такого бы не случилось никогда! Там даже цветы дарить не принято. В Нью-Йорке в Карнеги-холле не бывает, чтобы цветы дарили. Я лишь однажды получил гвоздики от молодой пары, да и то ребята оказались русскими. Так все остальные зрители на них смотрели, как на инопланетян!

«Часто после концерта хочется пива!»

- Вы руководите двумя музыкальными коллективами («Новая Россия» и «Солисты Москвы» - ред.), участвуете в многочисленных фестивалях. В чем черпаете силы и вдохновение?

- Мне очень помогает то, что оба моих оркестра состоят из молодых музыкантов. Это, знаете, как с автомобилями - можно ехать на «Жигули» со скоростью 80 километров в час, а можно на «Порше». Будут абсолютно разные ощущения. Чем старше люди, тем труднее их увлечь. И я согласился руководить оркестром «Новая Россия», потому что там много молодежи. С ней можно сделать много нового и интересного.

- А ваша дочка, пианистка Ксения Башмет, работает с вами?

- По-разному бывает. Совсем недавно мы вместе выступали в Токио. Раньше мне не нравилось, когда родители тянут за собой детей. Однажды был на концерте, где отец дирижировал, а дочка играла на рояле, я тогда подумал: «Никогда так не буду делать». Оказалось, зря - моя дочка хорошо играет, стильно, и когда она солирует, то играет так четко, что музыканты из оркестра волей-неволей вступают вовремя.

- Вы очень занятой человек. А кто, если не секрет, решает ваши бытовые проблемы? Творческие люди же зачастую не приспособлены к жизни…

- Все мои бытовые проблемы решает стюардесса. Потому, что мой дом - это самолет. Еще есть помощники, которые все делают. Например, водитель, он же мой адъютант – именно он возит мешками в химчистку мою одежду. Что касается, готовки, вообще никто не готовит. Тот же водитель может заехать в ресторан, купить мне что-то поесть с собой. А по-другому и быть не может: я дома больше двух дней не бываю.

- Алена Баева призналась: музыка Шостаковича такая сложная, что ей после концерта больше всего хочется съесть наваристого борща. А какие у вас возникают желания после такой нагрузки?

- Часто после концерта хочется пива. Много воды теряю, сейчас так взмок, полчаса не мог высохнуть! Можно, конечно, и просто водички с газом попить, но пиво – это и польза, и утоление жажды, и удовольствие. А иногда хочется шампанского. Правда, я не задумывался, связано ли это с автором музыки. Известно, что Брамс очень любил пиво. Незадолго до своей смерти он пришел в себя и попросил пива. Его не нашлось. Ему предложили вина. Он выпил бокал и сказал: «А это тоже замечательный напиток». И это были его последние слова.