Родные погибших просят оправдать тракториста, раздавившего свадебный кортеж под Орлом
Страшная авария, которая произошла 24 сентября на трассе Орел - Знаменское, унесла жизни пятерых пассажиров свадебного кортежа: невесты, свидетеля, жениха, его племянницы и ее отца (подробности читайте «В Орле разбился свадебный кортеж: погибли молодожены, свидетель, 14-летняя племянница жениха и ее отец»; «Родные машиниста, в чей бульдозер врезался свадебный кортеж под Орлом: «Он любит выпить, но в тот день был трезв!»). «Лада» 12-й модели ехала из загса, где молодожены Олеся и Юра Геращенко только что расписались. На полной скорости машина врезалась в гусеничный трактор с ковшом, который вскрыл легковушку, словно консервный нож. Не выжил никто...
Прошло полмесяца. Но эту трагедию продолжает активно обсуждать вся Орловская область. И не только обсуждать - как гаишники, так и водители отмечают: теперь абсолютно все уступают дорогу украшенным свадебным кортежам. А нынешние молодожены предлагают установить на месте аварии памятник: считают, это все неспроста, и чуть ли не возводят жениха и невесту в ранг святых. Скептики в мистику не верят и ругают водителя молодых, разогнавшего «двенашку» до сумасшедшей скорости. А еще орловцы переживают за судьбу тракториста, которому грозит девять лет тюрьмы. Чтобы понять, что сейчас происходит в родных селениях жениха, невесты и тракториста, мы отправились в три орловские деревни.
ДЕРЕВНЯ НЕВЕСТЫ: ТЕМА ПОД ЗАПРЕТОМ
Почти 100 километров от города - деревушка Осинки. Всего семь домов, половина из которых давно заросла крапивой, а хозяева перебрались в город. Здесь живут родители погибшей невесты - Светлана и Александр Ермураковы.
У дома Олеси я встретила ее отца. Высокий мужчина c тоской в глазах взглянул строго и, нехотя поинтересовавшись, кто я такая, поспешил к двери.
- Мне хоть волком вой, а вы со своими разговорами! - вспылил потерявший дочь отец и громко хлопнул дверью.
- У нас тут на эту тему не говорят, - объяснил сосед Ермураковых Евгений Зубков. - Родители со дня трагедии молчат, и мы в душу не лезем.
Семья Ермураковых в Осинках в чести - люди работящие, непьющие. Сюда вместе с двумя дочками - старшей Олесей и младшей Катей - они приехали из Казахстана семь лет назад. Небольшой домик сразу довели до ума, обзавелись хозяйством. Отец семейства работы в деревне не нашел и устроился на стройку в Москве. На Светлане остались хозяйство и воспитание дочерей.
- Они обеих дочерей в институт устроили. Олеся на медика отучилась уже, а Катерина год назад поступила, - нахваливает соседей Евгений Зубков.
- А жених Олеси часто тут бывал? - спрашиваю я.
- Ни разу не видел, да и о свадьбе у нас тут никто не знал. На похоронах только и рассказали, что стряслось. А вообще деревня у нас тихая. Вот и Олесю хоронили без криков и стонов…
В разговоре повисла пауза, говорить ни мне, ни моему гостеприимному собеседнику было больше не о чем. Мы попрощались, и, оказавшись за калиткой, стало ясно, как скорбят Осинки. Здесь траур настоящий, его не объявляли - деревенские тонко чувствуют и понимают без слов…
ДЕРЕВНЯ ЖЕНИХА: ЕГО ГИБЕЛЬ СЧИТАЮТ БОЖЬЕЙ КАРОЙ
Час пути - и я в деревне Истомино, что в десяти километрах от Орла. С Осинками и не сравнить: здесь свой детский сад, пара магазинов, а большинство местных живут в «хрущевках». Здесь я уже бывала на следующий день после аварии. Именно тут, в Истомине, молодоженов ждали родные и друзья за свадебным столом, до которого они не доехали всего два километра. Все ждали радостного застолья, а дождались грузовика, на котором привезли четыре гроба: свидетеля, жениха, его племянницы и ее отца. Ритуальную машину встретили всей деревней - кричали и плакали навзрыд, и тогда казалось, Истомино уже никогда не будет прежним…
Но спустя девять дней о трагедии здесь ничто не напоминает. Разница между печальными, искренне траурными Осинками и Истомином режет глаз. Соседская беда здесь - постоянный повод для досужих разговоров. О семье Геращенко тут не судачил только ленивый. Подхожу к первой попавшейся компании молодежи - парни и девушки расположились на скамейке, пили пиво и громко хохотали. Узнав, что я журналистка, накинулись с вопросами.
- Была в деревне Олеси? Так рассказывай, правда, что мать ее с собой покончила? - спрашивает меня парень лет тридцати с виду.
- Да нет, жива, слава богу, - отвечаю испуганно.
- Да-а-а-а? - разочарованно тянут ребята.
В своих разговорах истоминцы чего только не напридумывали. Из-за бесконечных сплетен мама Юры поначалу не выходила на улицу, а потом и вовсе перебралась в деревню к дочери Наталье.
Правду я пошла искать у друзей погибших. И недалеко от местного магазина встретила мужчину. Лицо его показалось до боли знакомым: кажется, это он навзрыд плакал на похоронах... И правда, оказался Юрин друг.
- Что теперь говорить, тут думать надо, почему стряслось все это. Уверен, что неспроста - это наказание свыше, - рассуждает мужчина. - Мало кто знал, но Юрец роман с Олесей закрутил аж два года назад, когда его первая жена Катюха на сносях была. Как-то не по-людски это все, я еще тогда предупреждал его: грешно. Но он не послушал да еще свадьбу задумал, когда первенцу два года не стукнуло…
У друзей погибшего свидетеля Сергея, которому на следующий день после аварии должно было исполниться 22 года, своя версия.
- Юра и Олеся болели скоростью и на своей «Ауди» гоняли безбожно. Как-то Юра сбил местного четырехлетнего мальчика, тогда даже суд был, но ему дали условно. Все бы ничего - паренек живой остался, вот только Юра вины так и не признал, перед родителями не покаялся, прощения не попросил, - рассказывает подруга свидетеля Светлана, которая попросила не называть свою фамилию. - Думаю, это им наказание за гонки.
Сергею Лисичкину угрожали расправой сразу два села, а потом передумали.
Ну хорошо - судьба, божья кара... А как же тракторист, неужели люди забыли, как всего несколько дней назад во всем винили именно его, собирались на части разорвать?
- Да разве виноват он?! Все знают: ехали они очень быстро, в этом вся и беда. Бульдозер - он же еле плетется… - говорит подруга Юриной мамы Люба. - И родные его не винят, вот Наташа (жена водителя «Лады» и сестра свидетеля. - Ред.) дочь, мужа и брата потеряла, но даже она обещает на суде просить, чтобы тракториста оправдали. Тут вот в чем беда - муж-то ее Серега машину у друга одолжил. Она переделанная для гонок была, хозяин за нее деньги требует, да еще немалые - 300 тысяч. А что Сергей сам пьяный был, это неправда - он год назад закодировался и в рот даже пива не брал. 35-летняя Наталья осталась одна с годовалым сыном. После похорон в Истомине она больше не появлялась, живет в деревне мужа. А теперь ей, одинокой и убитой горем, нужно еще и за разбитую машину рассчитаться… А она заступается за тракториста, уже начала хлопотать перед следователями…
В Истомине еще долго будут судачить, искать виноватых. Со временем история обрастет небывалыми подробностями. Здесь самое сокровенное обсуждают, не стесняясь. Что ж, это их право. Такие события в деревне нечасто происходят. И дай бог, чтобы больше таких поводов для сплетен не было никогда.
ДЕРЕВНЯ ТРАКТОРИСТА: «МЫ ИМ СОЧУВСТВУЕМ, НО СЕРЕЖА НЕ ВИНОВАТ!
До заброшенной деревушки Пахомово, где родился и вырос тракторист Сергей Лисичкин, доехать можно разве что на внедорожнике и то в сухую погоду. Разруха, бездорожье, и из всех благ цивилизации - телефонный автомат: здесь прожил все свои 47 лет человек, которого многие поначалу автоматически записывали в виновники страшной аварии. В тот трагический день милиционеры буквально вырвали Сергея из рук разъяренных родственников погибших молодоженов - те ему угрожали и обещали во что бы то ни стало отомстить за смерть близких. С места аварии Лисичкина увезли в РОВД, а спустя несколько дней против него завели уголовное дело. Суда ему, похоже, придется дожидаться в изоляторе.
Родственники и друзья тракториста готовы защищать его до последнего. Они уверены: работяга ни в чем не виноват.
- Да он с трактором - одно целое, рулить начал еще до армии! Не мог он выехать на трассу, не посмотрев по сторонам, - считает Ирина Дружинина, младшая сестра Сергея. А племянник Леша добавляет:
- Мы сочувствуем родным погибших, но вины дяди нет. Эта легковушка летела 160 километров в час! Участок дороги там открытый, заграждений нет. В крайнем случае машина могла бы вылететь в кювет, а не таранить бульдозер...
Все жители деревни за Сергея горой. Их можно понять: единственный тракторист на всю округу, он был незаменимым человеком на селе. И огород вскопать поможет, и дорогу разровняет.
О его пристрастии к алкоголю родные и знакомые говорят открыто: «Да, выпить любил, даже в запой мог уйти». И все равно оправдывают!
- В тот день он трезвый был, я его сама видела, - утверждает сестра Сергея.
Однако факты говорят об обратном. В протоколе четко написано: алкоголь в крови Лисичкина был. Да и сам он не отрицает, что в обед выпил граммов сто водки.
- Сказать, что он был сильно пьян, я не могу, - говорит Алексей Гришин, старший следователь следственного отдела по расследованию ДТП СУ УВД по Орловской области. - Он был в шоке и поначалу ничего объяснить не мог. Потом рассказал, что, выехав с поля на дорогу, посмотрел по сторонам и вдалеке увидел светлую легковушку. Убедившись, что та далеко, решил пересечь трассу и буквально через мгновение почувствовал удар.
Лисичкину предъявлено обвинение по статье «нарушение правил дорожного движения, повлекшее смерть двух или более лиц». Ему грозит до девяти лет тюрьмы. Виновен тракторист или нет, решит суд.
А на днях будут готовы результаты экспертизы, которая установит, на какой скорости ехала машина из свадебного кортежа. А главное - был ли все-таки трезв ее водитель. Есть свидетели, которые утверждают, что он гнал на такой скорости, что не смог бы среагировать и трезвый, увидев трактор.