Дом. Семья

Как жить с ребенком-аллергиком

Наш колумнист, мама аллергика со стажем, рассказывает, как можно облегчить жизнь своему ребенку
Почему стало так много аллергиков? Почему так много чувствительных?

Почему стало так много аллергиков? Почему так много чувствительных?

Фото: Евгения ГУСЕВА

Мы с ее отцом подарили ей черные глаза, густую копну волос, красивую форму ногтей, оливковую кожу и... аллергию.

У Машки двойная тяжелая наследственная аллергия. От папы - на все, что можно вдохнуть, от меня - на некоторую вполне вкусную еду.

Машка родилась вечером, здоровая и орущая громким басом. Несмотря на то, что утром я проснулась с двумя «ведрами» молока, кто-то добрый написал в ее медкарте «по причине отсутствия грудного молока у матери прописан докорм...» и накормил крошку смесью на коровьем молоке. Это было первой ошибкой.

И родившегося лишь вчера ребенка усыпало. Я устроила скандал, забрала, кормила. Все было нормально. Пока я не начала есть.

Я съедала кусок курицы - ребенка обсыпало. Я выпивала молока или йогурта - обсыпало. Яблоки, груши, компот из ягод... от всего детка покрывалась сыпью.

Врач из поликлиники посоветовала перейти на искусственное питание. Попробовали - чуть не померли все вместе: она - от аллергии, я - от ужаса.

У ребёнка явно была аллергия на коровье молоко, на белки и многое другое.

Единственная еда - человеческое молоко, но без аллергенов в пище у мамы.

И я села на жесточайшую диету. Меня пожалели бы даже голодающие. Я ела гречку, макароны, кабачки (только с огородов друзей, потому что в магазинных химия), картошку и белый хлеб. Без масла. Без молока. Без вкуса. Все. Больше ничего. И так полтора года.

Стоило мне съесть крошечный кусочек чего-то другого - моя принцесса на горошине краснела, чесалась, рыдала. Рыдала, потому что аллергия – это не только красные пятна на коже. Снаружи – только часть, остальное раздражение – внутри. И это жутко некомфортно для маленького ребенка.

До 3 лет Машка питалась крайне однообразно. Те же кабачки от друзей, картошка, капуста брокколи (видели бы вы, с какой радостью она лопала зеленое пюре! Как будто это мороженое с пирожными!).

Я старалась вести пищевой дневник, как говорили врачи: новый продукт раз в неделю - и записывать реакцию. Это был грустный дневник. Реакция была одинаковая на все. «Обсыпало».

В какой-то момент добавилась аллергия на глютен, и мы вычеркнули хлеб, овсянку и макароны. Но потом отпустило.

Однажды летом удалось поесть черники. От радости все в доме стало в чернике. Аллергии не было. Я была счастлива, как будто что-то выиграла.

Мы уезжали на море. С весны до осени - в Болгарию. Там я находила дедушек, которые выращивали на своем огороде для Машки овощи. Там мы впервые попробовали козье молоко. И оно стало спасением. В нашей жизни появилось МОЛОКО!

Продуктов из козьего молока тогда еще не было в магазинах, так что я научилась делать творог, развела в банке какие-то жутковатые кефирные грибочки, они делились и размножались, сквашивая все вокруг себя в кефир. Гадость была редкая.

Потом в дорогих супермаркетах появился козий сыр и французские ванильные йогурты из козьего молока по 350 рублей баночка. Мы скупали их пачками. А что делать.

А еще была рыба. Так, как на рыбу, Маша не реагировала ни на что на свете. От соприкосновения с рыбой у нее мгновенно распухали губы, все лицо, вся шея покрывались огромными выпуклыми красными пятнами, и она не могла дышать. Круп, отек Квинке, приступ… Однажды, когда я подумала, что могу контролировать абсолютно все, мы обедали у моря в ресторане. Машке заказали курицу в панировке. Я не успела попробовать и даже понюхать, голодный ребенок быстро схватил с тарелки кусочек, и я похолодела. Это была рыба в панировке, которую несли на соседний стол, а по ошибке поставили нам.

У Машки округлились глаза.

Я схватила ее в охапку и понеслась в номер, где были спасительные лекарства. А номер – в здании на горе, идти 10 минут минимум. Она задыхалась, я не успевала. Что делать в таких ситуациях? Никакая “скорая” не успеет. НОСИТЬ ЛЕКАРСТВА С СОБОЙ.

Слава богу, откуда-то появились люди, машина, у меня звенело в ушах, 1 минута и мы в номере, мы все успели. Когда ребенок задыхается, кому-то помогает дышать холодом у открытого холодильника, кому-то помогает крепкий кофе, расширяющий сосуды, кому-то горячий пар из ванны с содой. Главное – дать вдохнуть, пока рядом нет ингалятора, антигистаминных и т.д.

Потом мы долго жили в Турции. Рядом с козой жили, рядом с чистыми овощами-фруктами. Машка ела, почти не вспоминая об аллергии. Но там мы узнали, что еда – это не единственный враг.

Там была эвкалиптовая роща, мимо которой мы шли к морю. Проходили - и Машка начинала кашлять и задыхаться.

В 3 года Маша впервые показала нам настоящий поллиноз. Зацвела береза, и ребенок начал задыхаться, чихать. Желтая пыль, красивые желтые разводы в лужах, майская теплынь, гулять и гулять, а ребенок сидит в душной квартире, окна наглухо закрыты, занавески стираются постоянно, полы моются два раза в день, пылесос промывается, одежда после улицы вся стирается, волосы моются. Потому что пыльца – крошечная. И оседает повсюду. А принцесса на горошине чувствует крошечную пылинку и не может существовать.

К 7 годам прибавились глаза. В период апрель-июнь ребенок мой распухал, ходил с глазами-подушками и по утрам мы вместе разлепляли ей глаза - промывали, протирали...

Врачи сказали, что это называется «аллергический марш». Когда к пищевой добавляется еще и поллиноз. В школе все уже знают, что, когда зацветает береза, Машу эвакуируют из Москвы.

Врач так и сказала: уезжайте. Как можно раньше – с начала апреля до июня сидите где-нибудь в пустыне, где нет деревьев и точно нет берез.

Кроме березы была ольха, потом в течение лета – орешник, полынь, еще какая-то трава-мурава. Мы разлюбили поля-луга, стали испытывать нежность к песку и колючкам Египта.

Но и на жарких курортах нас настигало. Ведь все уважающие себя пустыни рады удивить туристов ярко-зелеными газонами. Сенная лихорадка – это аллергия на траву, на сено. Когда косят траву, ребенок мгновенно начинает чихать.

На улицу Маша выходила летом, как пчеловод – панама, солнечные очки, платок на нос-рот. Пробовали респираторы, маски… Если честно, все это фигня. И, что самое ужасное, таблетки – тоже фигня. Они не помогают. Они помогают, когда чуть-чуть, но, когда со всех сторон цветет береза, помогает только одно - уехать из страны берез.

Маша – ребенок. И она, как любой нормальный ребенок, мечтала о животном. Кошки вызывали аллергию, даже не успев мяукнуть, кошачий волос на одежде - похлеще принесенного мужем блондинистого волоса любовницы на пиджаке. Кошачий вычисляется мгновенно. Освистывается заложенным носом и обливается слезами. Собаки… Однажды мы чуть не взяли щенка, но Машка обняла его и мгновенно обсыпалась красными пятнами.

Когда Машке было 8 лет, у нас гостил морской свин друзей. Сначала мы не поверили, но никакой реакции на него не было. Не было день, неделю, месяц. Мы вернули свина в семью и с опаской завели своего. Счастье длилось два года. Свин сначала обещал быть Люсей, но потом у него кое-что выросло, и он оказался очень даже Васей. У Маши с Васей была большая любовь, они обнимались, целовались, и Маша не чесалась и не чихала. Но прошло два года и она больше не могла к нему прикоснуться. Что-то пошло не так, и никто не мог объяснить нам, что именно.

Постепенно аллергия на Васю усилилась настолько, что Маша не могла находиться в квартире с ним. Есть люди, которые позорят тех, кто отдал зверей из-за аллергии. В интернете миллион саркастичных картинок на эту тему, мол, у жены аллергия на кошку, отдам жену.

Смеяться тут могут только те, кто никогда не видел, КАК рыдает ребенок, расставаясь со своим родным морским свином, как ребенок ненавидит себя и свое нездоровье, как невозможно больно оторвать чихающего и задыхающегося ребенка от любимого зверя. Ребенок обещает не чихать, клянется не кашлять, умоляет не отдавать Васю, просит дать все таблетки мира… А вам все равно приходится отдать. Хорошо, что мы отдали своим.

У кого-то аллергия проходит, у кого-то проходит без следа. А у кого-то остается на всю жизнь, и люди просто привыкают. Кому-то помогает профилактика – когда капают аллергены в течение года. Кому-то помогает «клин клином» (чешешься от апельсинов – посмотри страху в глаза и съешь килограмм апельсинов). Это, конечно жесть, и это почти суицид.

Врачи могут только снимать симптомы. Фармацевты – рекомендовать новые капли и брызгалки.

А психологи уверены, что аллергия – заболевание психосоматическое. Оно накрывает тех, кто считает себя особенными, оно накрывает тех, кто чересчур чувствителен к окружающему миру. Не толстокожий, а прозрачный.

В начале мая, когда в очередной раз убегали из Москвы берез, мы летели в самолете в Грецию, как на ковчеге. Кругом были матери, обсуждавшие ингаляторы, капли в нос, счетчики уровня пыления… Я удивилась: а вы тоже с аллергией? И мне ответили: милая, мы все здесь с аллергией…

Почему стало так много аллергиков? Почему так много чувствительных?

Ответов на эти вопросы у меня нет. Но - чтобы не заканчивать на тоскливой ноте - я могу поделиться советами, которые будут полезны родителям аллергикам.

1. Не надейтесь на скорую. Всегда носите с собой хоть таблетку антигистаминного, хоть ингалятор. Просто косметичку со всем, что спасет.

2. Научите ребенка чувствовать и замечать первые признаки – горло зачесалось, уши внутри чешутся, глаза, как будто песок насыпали.

3. Научите ребенка принимать лекарства, когда он без вас. Можно положить косметичку в сумку, а на таблетках или баночках написать маркером, как принимать, сколько пить, брызгать.

4. Обязательно сообщите учителю, воспитателю в саду, что ребенок – аллергик. Принесите свою аптечку и доверьте кому-то из взрослых.

5. Никогда не выключайте телефон, если ребенок далеко от вас.

6. Уезжайте на майские праздники, если есть такая возможность, к морю – это единственное приятное лечение аллергии.