Общество

Как казаки на Хопре зажигали

Наш политический обозреватель Владимир Ворсобин отправился к бунтующим жителям Новохоперска, чтобы понять - они это искренне или за деньги?
Митинг против никеля плавно перерастает в погром.

Митинг против никеля плавно перерастает в погром.

Тихое июньское утро на Хопре. Затишье. Как перед войной. Где-то у горизонта обугленные загогулины сожженных и раскуроченных буровых Уральской горно-металлургической компании (УГМК). Поваленные столбы с колючей проволокой, протараненные трактором ворота. Погуляли мужички. Затаились.

В город съезжаются адвокаты, следователи, наряды полиции, журналисты, чиновники. Казаки еще на свободе, до первых судов осталось несколько часов…

Восход изумительный. Спокойный… Но лучше бы я его - черт побери! - не видел. Просыпаюсь от ужасной вони. Даже теряюсь - где это я?!!

Что-то мерзкое, липкое, тошнотворное лезло из открытого окна, словно у просторного дома приютившего нас хоперского казака Сергея, вдруг разверзлась городская помойка. Панически захлопываю форточки, задраиваю окна…

Не, ну свинство, а?!! Заснул в Новохоперске, с дивным багровым закатом, с чистой, как слеза ребенка рекой, с бархатной тишиной, звенящей мясистыми комарами, а проснулся в какой-то…

- А ты нюхай-нюхай! - на утро зло хохотнул Сергей. - Это ж твоя цивилизация! Ты ж вчера рассуждал - «а может вам смириться с добычей никеля»? (да, был грех - посидели с казаками за чаркой пива, ну и брякнул, а мужики помолчав нехорошо, завели разговор - а сколько же на Руси жидомасонов, предателей и что с ними суками делать) Против цивилизации, дескать, не попрешь. Ну вот и наслаждайся! Это вонь от нашего свинокомплекса и Краснянского спиртзавода. Тоже обещали золотые горы, рабочие места, замкнутый цикл, тра-ля-ля… А что в итоге? Рабочих мест на свиноферме 10 человек, технологии не соблюдаются, народ от вони стонет…

Казак раскалился. От него веяло чем-то живописно-древним. Веком 17-18-м. То ли «пугачевщиной», то ли восстанием Булавина… (местные утверждают, что в Новохоперске аж до 1933 года белые казаки по дворам коммунистов резали, а потом с боями пробились в Польшу). Сергей сжимал в руке увесистый фонарь, похожий на кистень, с которым он не расставался даже днем.

- А теперь какой-то Махмудов (владелец УГМК и сожженных буровых. - В.В.) на нашу землю пришел. С цивилизацией твоей, б…, - уже орал казак. - Землю нашу дырявить, соки из нее пить и деньги в офшор перебрасывать. Вот помяни мое слово - сгорели буровые, а если поставят снова - и те взорвутся на хрен!

Погромщики сожгли две буровые установки стоимостью 30 млн. руб. каждая.

Погромщики сожгли две буровые установки стоимостью 30 млн. руб. каждая.

- Ага - рассеянно киваю. (Казаки весь вечер строили под рюмку такие планы, что в идее просто сжечь буровые чувствовался казацкий гуманизм).

Вздрагиваю. Фонарь шашкой рассек воздух…

- В следующий раз, помяни мое слово, кровь прольется, - сказал с вызовом Сергей. - Посидеть за такое дело не стыдно.

- Вы тут все с ума посходили ,- вздыхаю я, - что с вами за этот год-то случилось?!

ПИЛЮЛЯ ЗА 15 МИЛЛИАРДОВ

Помню в прошлом году сидим мы на пригорке у соседней деревни Елань-Колено. Щелкаем семечки среди золота подсолнечных полей, легкие москвича обалдело глотают чистый воздух - аж голова кругом. «Экологический патруль». Выслеживаем геологов. Ученые попадались все реже. Уже пуганные (деревенские их ловили, но не били, а так, пугали).

- Вон он, упырь! - лениво зевал казак, уставившись окуляром в лесок. - Палатку ставит. Нехай. Пусть отдохнет. Документы потом проверим…

Да, и тогда злость чувствовалась. Ее лелеяли неторопливо, как точат шашку. Ей любовались, как казацкой медалькой. Но большинство пыталось привыкнуть к мысли, что рядом начнут бурить шахты и добывать никель. Решили то ведь высоко-высоко…

В конце 2011-го в Москве выпустили приказ о проведении конкурса на добычу никеля в Воронежской области. В воронежской администрации на первые вопли экологов «Там же заповедник! У нас же выхухоль!» развели руками - ребят, ну вы как маленькие, это ж, решение Москвы. Ре-ше-ни-е! Ну вы чего! Самое богатое месторождение в Европе, еще в 70-х годах разведанное. На 15 миллиардов долларов!

Тогда зам губернатора Воронежской области Андрей Марков доказывал мне, что надо думать сначала о государственных интересах... Мол, тогда всем польза будет. «Представьте, вы даете больному ребенку (т. е. населению Хопра) микстуру. Она его вылечит. Вы будете спрашивать у ребенка, изволит ли он выпить эту гадость?»

Хоперцам предлагалась жизнь если не райская, то по современному устроенная - инвестиции, социальные программы, рабочие места, инфраструктура, и другие радости цивилизации, которую, помнится, навязывал энергичный европеец Штольц вялому азиату Обломову.

Воронежской казне разработки сулили около трех миллиардов рублей в год вместо несколько сотен миллионов от бедной аграрной окраины. Земледелие считается здесь делом заведомо безнадежным, несмотря на знаменитый чернозем и экс-министра сельского хозяйства страны в кресле губернатора.

(Тут большинство хоперцев обычно рвут рубахи, доказывая, что вместо того, чтоб чернозем шахтами губить, село поднимать надо. Но чиновники молчаливо считают это демагогией - болтать, дескать, там все горазды, а работают на земле единицы)

В общем решение было так очевидно, что страхи экологов о превращении жемчужины Черноземья в пустыню если не высмеивались, то причислялись к околонаучному бреду вроде уфологии. УГМК хранил гордое молчание. А отряженный на борьбу с никилефобией профессор Чернышев (он и открыл это месторождение 40 лет назад) увяз в спорах с экологами, и вдруг… сам засомневался в безопасности разработок. И его (видимо, от греха подальше) под свист и улюлюканье оппонентов взяли на работу в УГМК.

Помню, год назад губернатор Гордеев так уверенно сказал мне: «Если большинство будет против, мы проект закроем», что мне подумалось - сюда я больше не приеду. Зачем? Договорятся. Не враги ж воронежцы земле, себе и друг другу…

Но зимой узнал, что УГМК поставил все-таки буровые у Елань-Колено.

«Рисковые ребята», - тогда подумал я…

Фото: Кристина БРАЖНИКОВА

ОХОТА НА ГЕОЛОГОВ

Такого я не видел никогда. Погуляли мужики 22 июня. Позабавились. Бывал, конечно, я на многих революциях, но там народ городской, хлипкий - витрину разве что разбить, магазинчик ограбить… А тут все размашисто, по-деревенски.

На том самом пригорочке, где когда-то казаки выслеживали экологов, лежали вырванные «с корнем» столбы. Рядком. Штук эдак сто. Сгоревший трактор вдалеке. Буровые сожжены старательно. Полиция напряженно глядит из кустов.

Рядом с единственной уцелевший буровой возится мастер Василий. Он отвечает здесь за откачку воды. Насмотрелся, говорит, здесь всякого. И даже привык. К камнепадам. Набегам. Православным шествиям. Мордобитию.

Благо, что это здесь чуть ли не каждый месяц. Однажды казаки отхлестали нагайками аж самого директора «Воронежгеологии» Юрия Копейкина, и заявили журналистам, что Копейкин, дескать, наверное, выпорол сам себя.

- Старый я уже, чтоб надо мной так издеваться, - ворчит рабочий. - Как увидел как идет на нас толпа в тысячу человек, убежал. А что им докажешь? Экологам этим доморощенным! Тетки в деревне пристают - радиация, мол. Я им говорю, приду к вам вечерком, вы разденьте меня и сами почувствуете, какая там радиация…

На фоне пожарища исполнительный директор ЧОП «Патруль» Максим Голяндрин позировал видеокамере, словно чудом уцелевший в окопе солдат.

- 22 июня в День Скорби, - говорил он со злой усмешкой, - когда страна вспоминала нападение фашистов на нашу страну, фашисты в количестве 1000 человек напали на мирных граждан. Поломали забор, крушили, жгли… Избиты пять милиционеров. Если бы нашли геологов, думаю, убили бы…

Голяндрин здесь человек известный. Казаки его ненавидят искренно, от души, как хорошего врага.

В ютубе есть майское видео, как Голяндрин метелит протестующих, перегородивших въезд на базу геологов.

- Мы хотели просто проехать, - чеканит бывший милиционер Голяндрин. - Они пьяно ответили нам нецензурной бранью. Потом ударили по лицу, нам пришлось применить силу…

На фото видно, что в буровые вышки полезли вовсе не загадочные «молодые люди в масках». А люди в казачьей форме. Полицию не бьют. Ей позволено просто наблюдать.

На фото видно, что в буровые вышки полезли вовсе не загадочные «молодые люди в масках». А люди в казачьей форме. Полицию не бьют. Ей позволено просто наблюдать.

У казаков своя версия:

«Пока мы блокировали на базу въезд машин (а делали они это несколько дней, из-за чего геологи жаловались журналистам на «безумие и дикость» местных), нас было около сотни человек. Однажды ночью казаки разъехались, остались всего с десяток. Вдруг звонок - «они что-то задумали, за воротами движение». Подмога не успела. Троих охрана затащила на базу и избили. До сотрясения мозга».

События 22 июня Голяндрин комментирует просто:

- Это бандиты! Настоящие бандиты, а не экологи, - усмехался охранник, внимательно разглядывая сгоревшую буровую, словно мстительно прикидывая ущерб. - Из них малая часть сидит в интернете, действительно заботится об экологии, остальным дали деньги и бензин, те одели маски и пошли поджигать…

- Но казаки…- Но казаки…

- Казаки?! - с омерзением переспросил чоповец. - Когда я работал в милиции, часто привозили таджиков с купленными казачьими корочками - когда их накопилась чуть ли не сотня, я их бросил в ведро и сжег… Я по Новохоперску спокойно хожу, со мной люди здороваются - потому что знают: казачество липовое. Они знаете зачем буровые сожгли?

- Зачем?- Зачем?

- Хотят сесть за стол переговоров.

- Так что в этом плохого.- Так что в этом плохого.

- Денег они хотят, - посмотрел в бирюзовую хоперскую даль Голяндрин. - Только платить им не надо. Атаманов много, денег не напасешься…

КОМУ ЭТО ВЫГОДНО?

- Ах, сука…, - выдохнули казаки, - Знать бы где ж он по Новохоперску-то гуляет.

И повели было в сердцах к атаману, но тот спал. Поэтому казаки просто взяли у него на вечер пива…

Я слушал их рассказы о происках УГМК, о том, что это казацкая земля. Причем в деревенско-исконно-русском понимании этого слова («УГМК поставит своего главу, начальника полиции, и будет править нами, как захватчики!»). Что за шахтерами придут мигранты и наркотики и т. д. И думал - а если чоповец прав, и поджигатели - банальные бандиты, которых наняли… Но кто? Версий было три - сами казаки, конкуренты УГМК или политические игроки (в просторечие «агенты Запада»).

Тем более что у хоперцев есть и свой «агент Запада». Его тут все знают. Живет в соседней деревне Алферовка. В старенькой, забитой книгами, вареньем и травами родительской избушке, в сенях которой волочил крыло подранок - клест.

«Выхаживаем птичку, не задавите бедолагу», - сонно хмурится Константин Рубахин.

Его внешность и биография действительно подозрительны - бывший журналист, помощник депутата Пономарева, работал на «Первом канале» (кстати, в аналитической дирекции с самим Маратом Гельманом), бывший политтехнолог (сотрудничал с партией «Родина»), некоторое время жил в стране НАТО Чехии, купил в Праге квартиру…

- Продал я ее еще год назад - говорит Рубахин. - Денег уже не осталось, ведь с марта прошлого года я живу в Алферовке и занимаюсь только борьбой за Хопер. Перебиваюсь на пожертвования, на яндекс-кошельке, например, 70 тысяч рублей…

Казаки считают пришлого москвича странноватым (вид у Рубахина неисправимо богемный, и в тесной избушке с чайником в руках он и правда выглядит инопланетно), но почти своим. Тем более что среди противников УГМК есть свой азербайджанец-пасечник, бьющийся с никелем за своих пчел, татарин и даже еврей.

И хотя Рубахина казаки иногда и подозревают в разных столичных грехах (из-за чего заезжают к Константину «погутарить», а потом выкладывают в сети отчеты - спокойно, ребяты, он нормальный, свой), активисты понимают: у москвича есть выходы на Кремль, что вызывает у местных глубочайшее уважение.

- О митинге 22-го числа я говорил с Ксенией Юдаевой (глава экспертного управления администрации президента. - В.В.) и Дворковичем (вице-премьер. - В.В.), - говорит мне Рубахин, неторопливо попивая чай с чабрецом. - Мы давно знали - что-то назревает. По данным Института социологии РАН, 98 процентов населения района считает производство никеля вредным, треть готова протестовать. Я говорил Дворковичу, что меня настораживает контекст митинга - начало Великой Отечественной, буйность блогеров, которые вывесили в сети плакаты “Родина мать зовет”. Дело дошло до того, что в блогах кто-то начал «жечь» от охраны УГМ. Я говорил, что если мы не смягчим как-то ситуацию, рванет…

- Кому это выгодно? Конкуренту УГМК - Норникелю?- Кому это выгодно? Конкуренту УГМК - Норникелю?

- Смысл? Когда Потанин претендовал на Хопер, против Норникеля народ тоже вышел... Здесь не будет ни чьих шахт! Но если с людьми не разговаривают, что им остается? - пожимает плечами. - Сейчас же столько информация в Сети, что и чуть ли не любая местная бабка знает, что такое депрессионная воронка.

- А что это?- А что это? - нечаянно спросил я и мгновенно канул в пучину экологии. Как выяснилось, в Новохоперске признают только двух ученых. Академик РАН Яблоков популярен у адептов радиационной угрозы, правда, лишь на том основании, что Яблоков просто любит поговорить о радиации (но обычно - о Фокусиме и Чернобыле) и действительно поддерживает «Анти-никель».

Но этого достаточно.

- Помидоры вянут, огород пропадает, - причитает бабулька на лавочке.

- А у моей внучки и мужа не с того не с сего температура под 40, - поддакнула другая. - И никто не может понять в чем причина. Отравители!

- Это тоже никель? - удивляюсь. - Они ж там только три дырки просверлили.- Это тоже никель? - удивляюсь. - Они ж там только три дырки просверлили.

- Конечно! - взвизгнули бабки. - Они там буром что-то внутри затронули, и все! И вообще все это от радиации. Вы академика Яблокова почитайте!

Молоденькая продавщица в магазине, грустно кивает: «Радиация. У меня дядя от рака умер».

- Так шахт еше нет! - пытаюсь достучаться я до народного сознания.

- А будет еще хуже, - говорит. - Яблокова почитайте!

Профессора МГУ Питьеву цитируют люди более взвешенные. По словам Рубахина, профессор обещает обезвоживание (та самая воронка) радиусу 50 км. от шахты. Специально нашел выступление Питьевой - действительно обещает, но не в 50, а 26 километров при работе шахты в течение 10 лет.

И хоть зам гендиректора УГМК Евгений Брагин устал повторять: «Мы берем на себя ответственность, гарантируем, что никакого прекращения сельхоздеятельности в Новохоперском районе, никто не будет дышать ни мышьяком, ни ртутью, не пропадет вода. Хотя бы потому, что у горно-обогатительных предприятий выбросов нет, у них даже дымовых труб нет.», похоже поздно. Даже железный вроде бы аргумент, что вышки-то «разведочные» и еще неизвестно - будет ли вообще добыча, уже никого не волнует. И даже полтора обещанных миллиарда (!) на нищий Новохоперский район тоже.

Никель здесь - дьявол. А движение «Анти-никель» - уже квази-религия. Не требующая уже ни аргументов, ни доказательств. Эдакий экологический джихад.

- Мы хотим сесть за стол переговоров (тут я вспомнил усмешку «чоповца» Голяндрина) и предложить губернатору альтернативную стратегию развития региона - вдохновенно говорил Рубахин, - не уничтожение будущего наших поколений - земли русской, а туризм, экологическое хозяйство…

Пред нами в брильянтовом тумане открывались дивные картины: инновационное будущее региона, санатории, лечебницы…

- А кто все-таки сжег буровые вышки? - в лоб спросил я.

Константин вздохнул и пожал плечами.

Весь город знал, что еще до разгрома лагеря геологов Рубахина предупредили - еще одна казачья вылазка и его арестуют…

Зазвонил телефон. И Рубахин как-то сразу осунулся. Он попросил нас подбросить до отделения милиции. Арестован первый участник митинга. Поэт Долгопятов…

КАК МЫ С КАЗАКАМИ ФОТО СМОТРЕЛИ

Ребята, берите вилы!

Мужчины, берите косы!

За наши луга и нивы,

За ели и за березы!...

Пока мы в домах сидели

Враги нам с экранов врали!

Пока мы в экран глядели -

Они у нас Русь украли!...

И если имеем виды

Чуть-чуть на глоток свободы,

То есть мы уже «бандиты»,

«Госдеповские уроды...»

Мы вот уже час разглядывали фотографии разгрома лагеря с ведущим злосчастного митинга Валерием Давыдовым, а стихи плененного Долгопятова не выходили из головы. Они тут к месту.

Питерский, похожий на веселого профессора, бизнесмен Давыдов приехал на встречу из соседнего Урюпинска, и его раздирали два противоречивых чувства: стыд и страх за то что так получилось. И одновременно тихая, почти детская гордость за то, что казаки показали себя. Поэтому он повторял: «Не играйте с казаками! Не поджигайте Дон!»

И тут же:

- Жгли не мы. А может - это сделали сами… УГМК.

- ?!- ?!

- Объясню. Митинг начался спокойно. Помню, коммунисты нудно выступали… Люди заскучали, митинг мы закруглили, начали было разъезжаться и вдруг… Представляешь (казак аж вскочил со стула) люди без команды, молча, не сговариваясь, выстроились в колонну и пошли на проволоку. Люди устали от слов! Бабки, древние бабки (восхищенно) начали шатать столбы…

- А УГМК причем?- А УГМК причем?

- Так дальняя вышка загорелась, когда мы только подошли. Да и поджигали незнакомые парни в масках.

Смотрим фото. Там «опасные» пацаны в масках спокойно стоят снаружи еще не подожженной буровой, зато будка буквально забита людьми… в казацкой форме. Рядом стоит полицейский и жалобно смотрит.

- Мда, - озадаченно качает головой Давыдов, - Но это не из нашего войска…

- А канистры с бензином где?- А канистры с бензином где? - перелистываю фото на компьютере.

- Не было бензина, - морщится Давыдов, - Я видел бумажечками поджигали. Говорят, если ее засунуть в щель в пульт управления…

По нашим овинам ходят

Приезжие казнокрады

На нас же дела заводят,

Что видеть мы их не рады.

ПОЗОР АТАМАНА ТЕЛЕГИНА

Мы с Давыдовом на прощанье немного поспорили. Он считал, что репрессии против экологов не помогут, а только разозлят народ. Я же доказывал, что новохоперцев не переубедить.

Здесь большинство пенсионеры. Не нужны им ни рабочие места, ни промышленность ни экономический рост. Все кто хотел перемен, отсюда давно уехали. Остались те, кто хочет лишь одного - чтоб их оставили в покое. И власть, думал я, пойдет по силовому пути - посадит зачинщиков беспорядков, приструнит участников и выставит против казаков иноземный (из другого региона - для жесткости) ОМОН. Под лозунгом «Для вашего же блага». (так здесь, кстати, выкручивались цари во все века.)

Но в чем-то урюпинский казак оказался прав…

Перед отъездом я заехал в Борсоглебск к старому знакомому, атаману Телегину. Год назад атаман долго рассказывал мне о своей бескомпромиссности, о том, что борьба против никеля не зависит ни от каких внешних сил… Бравый Телегин отметился, конечно, зимними драками с охраной вышек (ну как тут без этого!). И даже довыступался, говорят, до уголовного дела. Но в Новохоперске мне показали письмо, из-за которого его с позором выгнали из атаманов. Я не поверил глазам. Говорят, Телегин просил у губернатора прощения.

«Что же касается деятельности кампании УГМК, - пишет Телегин, - то мы понимаем, что работает она по закону… Однако местное население, негативно настроенное продажными агентами из других регионов, в слепой ярости способно натворить непоправимое… Нас спровоцировали чужаки из Москвы и ряженные казаками торгаши из Урюпинска. Они подкупали моих людей и заставляли совершать действия, пользуясь нашей неосведомленностью».

Несчастный Телегин попытался принять меня в казачьем штабе, но туда вдруг явились казаки, и мы с бывшим атаманом ретировались в кафе. Скоро защищать Телегина прибыла полиция. И обе силы расположились у входа, храня равновесие…

- Поймите, - бывший атаман старательно отводил глаза. - Письмо было написано… точнее составлено, в день, когда могли начаться аресты.

- Год назад вы мне говорили, что никакого внешнего влияния на казаков нет. Ваших людей подкупали?

- Никто никого здесь не покупал. - Телегин был раздавлен, а я никак не мог взять в толк - зачем он согласился на встречу.

- Почему вы подписали письмо?

- Почему я его подписал? - машинально повторил казак. - Кто-то хочет расколоть казаков, например, с помощью таких писем… Если вы (он сделал многозначительную паузу) захотите, то можете сличить подписи…

- Что с вами случилось, атаман?

- Разделяй и властвуй, - хмуро ответил тот и тяжело вздохнув, под казачий гул пошел к полицейским.

P.S.

Выбираясь из Борисоглебска, мы проехали мимо развалин моста. Нового. Рухнул, несмотря на все передовые технологии, и погубил двоих рабочих. Что еще больше утвердило жителей в детской фобии: перемены зло... И точно так же рухнул другой мост: доверия между государством и бизнесом - с одной стороны и простыми людьми - с другой.

Ведь тысячу раз прав мой знакомый, владелец воронежской юридической фирмы Роман Хабаров. Позволила бы власть год назад провести областной референдум, большинство высказалось за денежный никель. И экологи с казаками присмирели бы.

А сейчас, когда наклейка «Стоп-никель» на заднем стекле автомобиля уже наводнила всю область, когда горят вышки, народ не переубедишь…

Да не в никеле потому что дело! И не в политике. И не в бизнес-интересах. А в навязывании своей воли. Пусть правильной, пусть экономически обоснованной, пусть экологически чистой, как клянется представители УГМК, но ТОЛЬКО СВОЕЙ. И у власти сейчас остается два пути - грубая сила или референдум. Целесообразность или демократия. Так и мечется Россия меж этими двумя дорогами, не в силах ни выбрать, ни найти другой путь...

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ В Новохоперском районе сожгли лагерь геологов на никелевом месторождении Котел с «никелем» уже давно поставили на огонь. Общественное мнение то закипало и бурлило, то снова остывало. И вот когда уже казалось, что блюдо скоро будет приготовлено, повара не смогли справиться и пропустили точку кипения. 22 июня в Новохопёрском районе было совершено нападение на лагерь геологов, которые работали на никелевом месторождений. По предварительным данным, около тысячи человек в масках приехали на машинах из Воронежской, Волгоградской, Белгородской, Липецкой и других областей, чтобы устроить погромы (читать дальшечитать дальше) Погром в лагере геологов под Новохоперском: Спонтанный порыв или спланированная провокация? Как уверяют очевидцы, антиникелевый митинг 22 июня под Новохоперском перерос в беспорядки спонтанно. Его организаторы заявляют, что вышки поджигали люди, приехавшие не митинговать, а громить. Сами же митингующие имели мирные намерения. - На месте были люди в масках, в том числе в медицинских, - вспоминает лидер экологического движения против никеля Константин Рубахин. - Откуда они появились, я не знаю, но это точно не наши. Не было видно также и никаких бритоголовых и нацистов. Причина того, что народный гнев вылился так явно, - игнорирование мнения людей. Больше года проблему замалчивали (читать дальше) МЕЖДУ ТЕМ Стране нужны заводы и прогресс? А казакам - родная выхухоль и крест! Часть 1-я Чтобы разобраться, почему донские казаки организовали на реке Хопре настоящую оборону против строительства у себя горного комбината, спецкор «Комсомолки» Владимир Ворсобин отправился в эпицентр противостояния Когда россияне печалятся о вымирании своих деревень и городков, в которых не осталось никакой работы, - это легко понять (читайте дальше)(читайте дальше) Стране нужны заводы и прогресс? А казакам - родная выхухоль и крест! Часть 2-я Чтобы разобраться, почему донские казаки организовали на реке Хопре настоящую оборону против строительства у себя горного комбината, спецкор «Комсомолки» Владимир Ворсобин отправился в эпицентр противостояния Донские казаки взбунтовались против строительства на реке Хопре никелевого комбината. И пусть олигархи обещают озолотить местную казну и спасти вымирающие поселки, дав хоперцам рабочие места, - их тут встречают многотысячными протестами. Спецкор «КП» Владимир Ворсобин выехал в эпицентр противостояния (читайте дальше)

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

В Новохоперском районе сожгли лагерь геологов на никелевом месторождении

Котел с «никелем» уже давно поставили на огонь. Общественное мнение то закипало и бурлило, то снова остывало. И вот когда уже казалось, что блюдо скоро будет приготовлено, повара не смогли справиться и пропустили точку кипения.

22 июня в Новохопёрском районе было совершено нападение на лагерь геологов, которые работали на никелевом месторождений. По предварительным данным, около тысячи человек в масках приехали на машинах из Воронежской, Волгоградской, Белгородской, Липецкой и других областей, чтобы устроить погромы (читать дальше)

Погром в лагере геологов под Новохоперском: Спонтанный порыв или спланированная провокация?

Как уверяют очевидцы, антиникелевый митинг 22 июня под Новохоперском перерос в беспорядки спонтанно. Его организаторы заявляют, что вышки поджигали люди, приехавшие не митинговать, а громить. Сами же митингующие имели мирные намерения.

- На месте были люди в масках, в том числе в медицинских, - вспоминает лидер экологического движения против никеля Константин Рубахин. - Откуда они появились, я не знаю, но это точно не наши. Не было видно также и никаких бритоголовых и нацистов. Причина того, что народный гнев вылился так явно, - игнорирование мнения людей. Больше года проблему замалчивали (читать дальше)

МЕЖДУ ТЕМ

Стране нужны заводы и прогресс? А казакам - родная выхухоль и крест! Часть 1-я

Чтобы разобраться, почему донские казаки организовали на реке Хопре настоящую оборону против строительства у себя горного комбината, спецкор «Комсомолки» Владимир Ворсобин отправился в эпицентр противостояния

Стране нужны заводы и прогресс? А казакам - родная выхухоль и крест! Часть 2-я

Чтобы разобраться, почему донские казаки организовали на реке Хопре настоящую оборону против строительства у себя горного комбината, спецкор «Комсомолки» Владимир Ворсобин отправился в эпицентр противостояния

Донские казаки взбунтовались против строительства на реке Хопре никелевого комбината. И пусть олигархи обещают озолотить местную казну и спасти вымирающие поселки, дав хоперцам рабочие места, - их тут встречают многотысячными протестами. Спецкор «КП» Владимир Ворсобин выехал в эпицентр противостояния (читайте дальше)