Зураб Соткилава: «Когда я был между землей и небом, врач сказал, я улыбался!»

Фото: Татьяна ПОДЪЯБЛОНСКАЯ. Перейти в Фотобанк КП

В Воронеже с большим визитом Зураб Соткилава. Не просто солист Большого театра, покоривший Ла Скала, не просто Народный артист СССР - один из лучших теноров современности. Бархатный голос.

Первый концерт после страшного диагноза и реабилитации – полный зал в тысячу человек и восторг публики! От непревзойденной техники артиста и самоотверженности человека. Публика не уставала кричать «браво» и купать певца в овациях.

После концерта «Комсомолка» поговорила с Зурабом Лаврентьевичем – о музыке, вокальной технике и о том, что держит на этой земле.

В БОЛЬШОМ ТЕАТРЕ 60 ПРОЦЕНТОВ ПЕВЦОВ НЕ УМЕЮТ ПЕТЬ, А «ЗОЛОТАЯ МАСКА» - ПРОФАНАЦИЯ

- Как вы относитесь к тому, что сейчас ценится, если оперный певец может свободно двигаться на сцене, танцевать? - поинтересовалась "Комсомолка" у выдающегося тенора.

- Это тенденция: сейчас оперные театры стали режиссерскими. Режиссерам наплевать, кто как поет. Они просто не понимают. Им главное, чтобы артист двигался и выглядел хорошо, смотрелся со сцены. О некоторых режиссерах говорят, что они великие, а я не понимаю, почему их превозносят: такое впечатление, что они музыку вообще не знают. Яркий пример – «Князь Игорь» в Большом театре. В спектакле убрали самые лучшие моменты – арию, дуэль, на которые и приходили зрители. Вот когда театры были дирижерскими, профессионалы смотрели больше на то, как артист поет… Знаете, знаменитый случай: когда Станиславский ставил спектакль, и заставлял бегать своих артистов по сцене, один из них возмутился, мол, почему мы не поем, а бегаем только, вот итальянцы стоят и поют. А Станиславский ответил: спой как итальянец, тоже не будешь бегать, будешь петь!... Я когда пришел в Большой театр, про меня сказали: оставьте его в покое, пусть он только поет… Опера должна оставаться оперой. Я ученик Бориса Покровского, который считал, что образ надо создавать звуком. Какова интонация, палитра звуков – богатство, которое в человеке есть, выходит через наш голосовой аппарат. Я болею за театр. Если бы меня послушали, я бы в Большом театре разогнал больше 60 процентов певцов… Вот меня в «Золотую маску» поставили в жюри. Я посмотрел спектакли и… ушел. Так они, чтобы не показать, что от них уходят члены жюри из жюри, заставили меня написать, что я не могу принимать участие из-за болезни и занятости. Ерунда такая. На самом деле – очень низкий уровень…. Я сидел еще на первом заседании «Золотой маски», когда премия была создана. Ее изначально придумали, чтобы повысить уровень и поддержать периферийные оперные театры. А сейчас премию получает тот, кто даст помещение. Профанация.

Фото: Татьяна ПОДЪЯБЛОНСКАЯ. Перейти в Фотобанк КП

МОЛОДЕЖИ ЛЕНЬ УЧИТЬСЯ 9 ЛЕТ, ЧТОБЫ ПЕТЬ В ОПЕРЕ, ОНИ ХОТЯТ ЗА ТРИ МЕСЯЦА ЗАРАБОТАТЬ НА ЭСТРАДЕ

- Если для певца главное – звук, почему сейчас певцов не слышно с последнего ряда? Вот вас сегодня было слышно. А другим подзвучку ставят…

- Это дело техники. Школы, которая умирает. А если сейчас еще будут театры на контрактной основе, и в основном станут приглашать петь иностранцев, из-за этого начнут умирать консерватории и музыкальные училища, которые готовят певцов. Это будет катастрофа для учебных заведений России. Кто-то наживается на этом. Сейчас эти вузы дают певцов, которые заполняют все театры не только нашей страны, но и всех театров мира. В Метрополитен-опера, итальянских, французских, немецких театрах полно русских и из Советского Союза певцов - еще старой школы. Меня спрашивают, почему нет в Италии певцов?

- И почему?

- Вот допустим, парень – молодой певец. Ему надо девять лет проучиться, чтобы стать тенором хорошим. А вдруг он смазливый, красивый мальчик, поет какую-то удачную мелодию. И начинает этим легко зарабатывать деньги. Для этого нужно три месяца! Не надо девять лет учиться, когда еще неизвестно, получится из него что-то или нет. Хитрая молодежь идет по легкому пути. Никто не хочет тратить время. Раньше учеба была удовольствием, сейчас… Боюсь, такие дети, которые стремятся получить мастерство, остались только в моем классе…

- Вы сказали, что тенор – самый трудный голос. И тут важно еще иметь полетный звук, чтобы зрители слышали с галерки. А как этого достичь? Это от природы дается или это техника все-таки?

- Для этого надо заниматься. Все это достигается вокальной техникой. У всех великих певцов она есть. Для меня образец – советский тенор Владимир Атлантов. После него подобных не было.

ПОЧТИ НИКТО ИЗ ЗВЕЗД ШОУ-БИЗНЕСА НЕ ПОЕТ ЖИВЬЕМ

- Надо беречь голос? Как его сохранять?

- Как бы ни был певец одарен богом, если он не работает над техникой, он останется без голоса, в конце концов. У итальянцев есть хорошая поговорка: до 39 лет тебе Бог дает голос, а если ты потом не научишься им управлять, он у тебя его отнимет. Надо каждый день петь. В день два раза или даже три. Это как спорт. У меня в учебном заведении ученица, девочка 20 лет, - безголосая пришла. И я решил попробовать поработать над ее техникой. За три года она поднялась и идет к тому, чего я хочу от нее добиться. И она будет петь!

- А как насчет мороженого? Холодное вредно или нет?

- Если будете его кушать – ангину получите. У певца горло нагрето, натружено. А чем больше труда, тем иммунитет слабее. Сразу заболеваешь. Вот я летом мороженое кушаю, ничего со мной не бывает. А если во время работы – тут же фолликулярная ангина.

- Вы на сцене воду пьете. А звезды шоу-бизнеса говорят: перед концертом коньячку надо – связки разогреть.

- Смех! Какие связки? Никто из них не поет. Я с ними часто участвую в концертах, они смеются, когда я распеваюсь: «Он что, правда, будет петь? Правда распевается?». Они же "фанеру" заряжают, директор бегает – ставит на громкость. У них нюанс один: чем громче – тем лучше.

Фото: Татьяна ПОДЪЯБЛОНСКАЯ. Перейти в Фотобанк КП

ИГРАЮ С ВНУКАМИ В ФУТБОЛ

- У вас 12 марта был день рождения, 79 лет исполнилось. Большой жизненный путь. Подводите итоги: что удалось, что еще успеть сделать?

- Надо успеть то, что делаю, сделать до конца. Все доделывать до конца. В чем прелесть искусства? Ни один исполнитель не достиг того, что изначально предполагал автор. Никогда! Композитор всегда умнее! Его исправлять - не наше дело. Особенно тех режиссеров, которые вмешиваются. Это смех.

- Что вам помогает преодолевать жизненные невзгоды? Есть секрет?

- Есть секрет. Когда мне было очень трудно, когда я был между небом и землей, я все время вспоминал лица людей, которых я люблю. Это внуки, моя семья. Вот эта моя влюбленность в них, эти лица заставляли меня улыбаться, хотя я был почти без сознания. Врач говорил: ты все время улыбался!

Фото: Татьяна ПОДЪЯБЛОНСКАЯ. Перейти в Фотобанк КП

- Дети и внуки ваши поют?

- Никто не поет. Голос есть, но пением заниматься не хотят. Говорят: хватит нам одного певца. Хотя добавился в нашу семью один вокалист высочайшего уровня – грузинский тенор, зять мой. Младшей дочки муж. И они такого мне подарили внука! Леванчик! Гроза! Мне из «Ералаша» звонили: «Дайте нам его!». А как? Он в Испании живет.

- Чему вы по жизни внуков учите?

- Ничему. Я с ними играю в футбол. Боксирую с ними. Леванчик сейчас увлекся компьютерами. Ему пять лет, а он в нем лучше меня понимает. Фамилию свою пишет, девочек там находит, подруг. Разговаривает с ними. Я сижу обалдевший: откуда он все это знает?

- Вы же раньше сами профессионально играли в футбол, были капитаном молодежной сборной Грузии. Сейчас смотрите футбол?

- Смотрю, на днях была игра – такая ненормальная! «Барселона» с «Арсеналом» играла. Это что-то! Бог был на поле – Месси. Испанцы выиграли у англичан. Я болею за Месси и его команду. Такой команды не было никогда, и думаю, уже не будет. Очень жаль, если они ее распродадут.